— если бы это случилось, отцу пришлось бы возместить ущерб Наряду, и я не был уверен, что эти компенсации не включали бы в себя передачу Маттео Скудери для развоплощения. Или, может, отец прикажет мне вынести ожидаемое наказание и убить моего брата.
Я убью отца и каждого ублюдка, который захочет убить Маттео, но это приведет к тому, что все мы лишимся своих жизней.
— Я никого не лишал девственности. Я поцеловал ее. — прервал мои мысли Маттео.
— Да, будто это когда-нибудь закончится. — я заметил, как Маттео наблюдал за рыжеволосой, но надеялся, что он будет более благоразумным, чем преследовать ее.
— Я хочу лишить ее девственности. Но я не идиот."
"Факты говорили на другом языке. Целовать девушки, на которой он не был женат, особенно из Наряда, было самым большим идиотизмом, который только можно себе представить. Если Джианна кому-нибудь расскажет, мы будем обречены. Единственное, что ее останавливало, так это то, что она тоже погибнет.
— Я хочу жениться на ней.
Я замер.
— Скажи мне, что ты шутишь.
— Вовсе нет. Вот почему мне нужна твоя помощь. Отец не будет говорить со Скудери от моего имени, если он думает, что я хочу Джианну по любой другой причине, кроме злобы или мести. Ты же его знаешь.
— Так что ты хочешь, чтобы я сделал?
— Помоги мне убедить его, что она ненавидит меня и оскорбила, и что я хочу жениться на ней, чтобы сделать ее несчастной.
— Разве это не правда? Девушка терпеть тебя не может, и ты хочешь ее из-за этого. Чем это отличается от истории, которую мы собираемся рассказать отцу?
— Я не хочу делать ее несчастной.
— Конечный результат может быть тем же самым. Эта девушка сведет тебя с ума, ты же понимаешь это, не так ли? Я действительно не уверен, хочу ли я, чтобы она жила в Нью-Йорке.
— Ты справишься с этим. И Ария будет счастлива, что ее сестра рядом.
Он был прав, но я не был уверен, хочу ли я, чтобы они часто находились вместе. Влияние Джианны не сделает мой брак с Арией менее трудным. Было бы достаточно трудно заставить его работать.
Мне не нужны были дополнительные осложнения.
— Ты действительно думаешь, что все продумал, не так ли? — сказал я.
— Именно. Иначе отец выберет какую-нибудь сучку, которая скоро сделает меня несчастным.
— Значит, ты предпочитаешь выбрать свою собственную сучку, которая сделает тебя несчастным.
Он оттолкнул мою руку, выглядя раздраженным.
— Джианна не сука.
— Ты хочешь ударить меня из-за нее.
— Я хочу ударить тебя по многим причинам.
Маттео был серьезен.
