Невозможно было не знать мимику и жесты человека, если вы видели их в самом низу. Будучи замужем за моим отцом, я видел более чем достаточно этой ее стороны."
"— Мы пришли забрать простыни, — сказала она, надевая свою обычную маску и злобно улыбаясь.
Я позволил им войти.
Они практически толкали друг друга, чтобы добраться до кровати первыми. Они зашептались, когда увидели пятно, а затем посмотрели на Арию, которая извивалась под их вниманием. Она и так уже была смущена. Я удивился, насколько хуже могло быть, если они действительно были доказательством ее лишения девственности.
Нина и Косима сняли простыни, хихикая так фальшиво, что у меня чертовски разболелась голова.
— Лука, — сказала Нина с притворным негодованием. — Разве никто не говорил тебе быть нежным со своей непорочной невестой?
Опять эти долбаные смешки. Я выдержал взгляд Нины, мои губы растянулись в холодной улыбке.
— Ты замужем за моим отцом. Неужели он производит впечатление человека, который учит своих сыновей быть с кем-то нежными?
Ее улыбка стала еще менее искренней, а в карих глазах мелькнул чисто животный страх.
В этой комнате, вероятно, никто не знал, что ей пришлось пережить.
— Пропустите меня! — Джианна взвизгнула и ворвалась в комнату.
Как незамужняя девушка, она не должна была находиться здесь, но, конечно, девушке было все равно.
Ее голубые глаза остановились на простынях, прежде чем дернулись в сторону Арии. На ее лице отразились беспокойство и страх, и мое раздражение немного уменьшилось. Она беспокоилась за сестру.
Она повернулась ко мне с выражением, которое, вероятно, должно было напугать.
Я приподнял брови, глядя на нее, и маленькая девка действительно сделала шаг в мою сторону, чтобы сотворить бог знает что. Как и ее сестра, она только достигала моей груди и весила меньше половины меня, не говоря уже о том, что единственный боевой опыт, который она, вероятно, имела, был с ее крошечным карликовым братом.
— Джианна. — резко сказала Ария, переводя взгляд с сестры на меня. — Ты не поможешь мне одеться?
Ария повернулась и пошла к ванне, ее движения были трудными, будто они причиняли ей боль.
Я разрывался между восхищением ее представления и разочарованием из-за того, что у нее была причина притворяться.
Послав мне еще один уничтожающий взгляд, Джианна последовала за сестрой и закрыла дверь.
Нина покачала головой и повернулась к Людевике Скудери.
— Джианна не знает, как себя вести. Я сомневаюсь, что ее будущий муж будет терпеть такое поведение.
