— Я думала, что мы могли бы поесть здесь? — она указала на стол.
Я не был таким уж голодным, но Ария уже поставила на стол множество соусов, хлеба и самосы, а также дымящееся Карри.
Я обнял ее и легонько поцеловал. Ее ресницы затрепетали, а улыбка стала менее напряженной.
— Я заказала индейскую еду.
— Я голоден только для одного, — сказал я тихим голосом, чувствуя, как напрягся мой пах при мысли о том, чтобы раздеть Арию из этого платья.
Ария отвела взгляд.
— Давай поедим. — она вырвалась из моих объятий и опустилась на пол.
Может, еда поможет успокоить нервы. Я действительно не понимал, из-за чего она так нервничала. Я сказал ей, что буду прикасаться и целовать, а не трахать. Моя нехватка практики по управлению женскими эмоциями была определенно проблемой, когда дело дошло до правильного отношения к Арии.
Я сел напротив нее. Несколько прядей волос закружились вокруг ее головы, и заходящее солнце заставило скулы Арии сиять.
— Ты выглядишь чертовски сексуально.
Мой мозг и тело были на дороге с односторонним движением.
Сегодня я просто не мог нормально думать. Я хотел раствориться в Арии, в ее великолепном теле, в похоти и забыть о братве.
Ария оторвала кусок хлеба и съела его с небольшим количеством соуса.
— Ромеро взял меня сегодня в Метрополитен. Это было удивительно.
Я съел кусочек, подавляя смех над слабой попыткой Арии отвлечь меня.
— Хорошо.
— Что насчет владельца ресторана? Ты убедил его, что Фамилья защитит его от Русских?
Это была не та тема, которую я хотел бы обсуждать, особенно с Арией.
Бизнес — это то, от чего я хотел ее оградить.
— Конечно. Он находится под нашей защитой уже больше десяти лет. Нет никаких причин менять это теперь.
— Несомненно.
Ария взяла свой бокал и прикусила его, не глядя мне в глаза. Она казалась далеко, но не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что ее беспокоит.
— Ария?
— Хм? — она все еще не поднимала глаз.
— Ария, — сказал я, вкладывая больше силы в свой тон и, как и ожидалось, ее голова дернулась вверх.
Ее голубые глаза наполнились тревогой.
Это новый опыт, когда девушка боялась быть со мной.
Я откинулся на спинку стула, размышляя, как мне справиться с ситуацией.
— Ты боишься.
— Нет. — быстро ответила она, но ее щеки покраснели от лжи. Она была такой плохой лгуньей. Я пристально посмотрел на нее, желая, чтобы она сказала мне правду. Ложь — это не то, что я бы терпел. — Возможно, немного, но главным образом я нервничаю.
Нервы. Я мог бы разобраться с нервами.
