– Так куда вы его теперь, госпожа чародейка?
– В тихое и уютное место, – туманно пояснила я.
– На кладбище, что ли?
– Вроде того. На кладбище девичьих надежд и амбиций, – фыркнула я. – Уверена, он прекрасно там приживется. Хозяин этого кладбища, без сомнений, будет удивлен.
– Напрасно вы надеетесь, после смерти характер мэра страшно испортился! – охнул секретарь и зачем-то принялся извиняться перед бутылкой: – Не поймите меня неправильно, господин мэр, но я чуть из-за вас не поседел!
– Боуз, он вас все равно не слышит, – уверила я.
– Счастье-то какое, – пробормотал он, вытащил из кармана носовой платок и промокнул взмокший лоб. – Так что, мы уже можем праздновать?
– А чем вы до этого занимались? – намекнула я на почти осушенный графин с игристым вином.
– Нервы лечили, госпожа темная феечка, – вздохнул счетовод и потер пальцем покрасневший глаз. – Знаете, как страшно за вас было, а успокоительную настойку выпили еще на прошлой неделе. Кстати, не хотите с нами подлечить нервическую систему? Очень душевно исцеляется.
– Когда-нибудь в другой раз, – не задумываясь, отказала я собутыльникам.
– В другой раз у нас не будет игристого белого за четыре монеты за бутылку, – вздохнул счетовод и на свет проверил графин, словно прикидывая, сколько снадобья от буйной неврастении еще осталось.
Они кинулись меня провожать. В смысле, провожать нас с мэром, сидящим в бутылке, но лучше бы остались наводить порядок к встрече нового градоправителя. Идти с ними по-человечески было решительно невозможно.
Просто сартарский стыд!
Счетовод, отдавший в жертву любимую швабру, теперь нежно обнимал хрустальный графин и пытался по пути заплутать. Перепутать маршрут было сложно – затертый, истоптанный ковер, как волшебная тропинка, четко вел к лестнице, а оттуда сбегал в холл, но игристое погасило Ходжу сознание, и он тишком попытался выйти в запертый архив. Три раза. Зато у Боуза вино зажгло на лице светлую, счастливую улыбку. Или же он очень радовался переезду умершего градоправителя.
"
"Холл оказался пуст. Зрительный зал, не увидев ничего любопытного, сам собой опустел. Меня довели до коляски и помогли усесться. Только я пристроила бутылку с мэром на сиденье, как подскочил патлатый мужик самого могучего телосложения и легким движением плеч раскидал моих проводников в разные стороны. Я почти решила, что он хочет отобрать бутылку с мэром, но услыхала:
– Госпожа чародейка, помоги! Все разбежались, но я в тебя верю.
