Есть не хотелось.
Иванов прямо из фляжки сделал несколько глотков и, забрав у Олега ложку, начал закусывать кашей. Пережевывая, сказал:
— Тушенку они, что-ли, в кашу не доложили…
Иванов коснулся рукава солдата, топившего печку:
— Слышь, боец, позови ко мне поваренка. Быстро!
Через полминуты в палатку снова заглянул солдат с кухни:
— Рядовой Бардин по вашему приказанию прибыл.
— Ты явно в роту хочешь, солдат!
Тот промолчал.
— Где тушенка в каше?
— Как было…
— Мне не надо, как было. Мне надо с тушенкой!
— Разрешите принести?
— Бегом!"
"Бардин убежал.
Иванов передал истопнику котелок:
— Выброси кашу в печку!
Боец, недоумевая, вывалил содержимое котелка в печку. Каша весело зашипела на горящих поленьях. Запахло жареным мясом. Олег посмотрел на капитана:
— Он нам принесет, а тем, кто сейчас на задаче, ничего не достанется…
— Они от этого не сдохнут. Зато вот этот военный научится выполнять свои обязанности точно и в срок.
— Зачем же так делать? — спросил Олег тихо, стараясь, чтобы его не услышали солдаты.
— Чтобы знали, что есть такое понятие, как дисциплина, — невозмутимо отозвался Глеб. — На этот счет есть такая уникальная штука — Устав.
— А зачем подставлять всех? Ведь можно наказать только виновного?!
— Понимаешь… а так быстрее до них доходит. Коллектив, так сказать, помогает…
— Они ведь его убьют…
— Не переживай. Не убьют.
Вошел солдат с кухни. Поставив котелок на стол, доложил:
— Товарищ капитан, ваше приказание выполнено.
Иванов заглянул в котелок:
— Вот это совсем другое дело.
Мясо наблюдаю. Только почему каша холодная?
Солдат тяжело вздохнул. Олег буквально почувствовал, как у парня все кипит внутри.
— Потому что она остыла, товарищ капитан. Март, к вашему сведению, на улице, — отозвался солдат, явно подавляя в себе желание, ответить капитану чем-нибудь тяжелым.
— Ладно, иди, — махнул Глеб рукой.
Солдат вышел.
— Зачем вы его так? — спросил Олег.
Глеб проигнорировал вопрос. Повернулся к Олегу:
— Кашу будешь?
— Я не хочу есть то, что оставили для выполняющих задание в чеченских тылах.
Парни голодными останутся.
— О, как ты заговорил. Черт с тобой.
Иванов вытряхнул и эту кашу в печку.
— Пошли…
Они вышли из палатки и, пройдя по проходу между палаток срочников, вышли к машинам связи и дальше к позициям артиллерии сто четвертого парашютно-десантного полка. Олег обернулся на капитана:
— Что нам тут делать?
— Поговорим.
— О чем?
— О жизни.
— Можно поговорить в блиндаже.
— Я не хочу, чтобы нас кто-либо слышал.
