— Открывай же скорее клетку! — прогрохотал он, тряхнув кандалами. — Скорее, Локки! Ты в одном шаге от того, чтобы получить поистине грандиозную награду!
Я сглотнул вставший в горле ком, попутно обратив внимание на то, что терзающая мою душу боль ушла. Замечательно.
А может, тогда и магия появилась? Я же рассчитывал, что она тут работает, ведь Иврима в клетке держит именно магия, а уж никак не металл.
Я вызвал «телепортацию», и она сработала, перенеся меня к клетке.
— Открывай! Открывай! — выпалил Иврим, роняя слюни с больших серых зубов.
Он как безумный начал биться плечами о стены клетки. А по той пробежали злые рыжие искры, на миг подсветив три замочных отверстия в одном из прутьев. И дурак бы понял, для чего они предназначены, но я не спеша потянулся к ним, параллельно посылая сигналы Апофису. Но тот ни на один не откликнулся. Между нами будто бы возвели стену.
Дерьмо! Дерьмо! Кажется, мой план окончательно полетел Фенриру под хвост.
— Да! — зарычал Безумный бог, едва не оглушив меня.
— Открывай! Открывай быстрее! Чего ты тянешь⁈
Во взгляде великана мелькнуло бешенство, словно он на миг страстно возжелал разорвать меня на куски своими мохнатыми скрюченными пальцами с длинными ногтями. Он явно не питал ко мне никакой любви или благодарности. Иврим просто использовал меня, но я знал это.
И мне, конечно, не хотелось открывать клетку, но иного пути не было. Хродгейр говорил, что ключи нельзя уничтожить, как и самого Иврима. А если взять ключи и каким-то чудом выбраться отсюда, то Безумный бог будет вечно преследовать меня.
И есть только один путь избавиться от Иврима — снова погрузить его в сон.
— Давай! — рявкнул великан, дико раздувая крылья широкого носа.
Я погрузил в замочную скважину второй ключ. Провернул его так же, как и первый, но опять не услышал никаких щелчков или других звуков, характерных для механизмов."
"Впрочем, у меня не было никаких сомнений в том, что ключи отопрут дверь клетки. Но она не так просто, как может показаться.
О дин устами Хродгейра поведал, что стоит провернуть все три ключа, как клетка начнёт «перезагружаться» — магия, наложенная на неё, снова примется погружать великана в сон. Сработает эдакий контур безопасности. А само это место, по словам Одина, начнёт разрушаться. Однако Одноглазый не был в этом до конца уверен.
— Последний! — дурным голосом взревел Иврим, ликующе глядя на мои пальцы, поднёсшие ключ к третьей замочной скважине.
