Тот пискляво загоготал, презрительно глядя на барона, а потом выпалил:
— Я искал не тебя, жалкий, слабый человечек, а его!
И крысиная лапа с длинным, острым когтем указала на меня, расправляющегося с оставшимися в этой части коридора четырьмя хаоситами.
Глава 5
Заявление жреца Тира заставило комиссара Грехова изумлённо выпучить глаза, но уже через мгновение всем стало не до разглагольствований. Под землёй в сиянии «светлячков» закипел жаркий бой. Люди и зверолюды сцепились не на жизнь, а на смерть. Многовековая вражда выплеснулась обжигающей лавой.
"
"На стенах заплясали тени сражающихся. Винтовки принялись с шелестом выплёвывать металлические шарики, жалобно зазвенели доспехи, кровожадно засвистели опускаемые на противников сабли и топоры.
Магия же с шорохом вспарывала затхлый воздух. Она убивала и калечила тех, у кого не было защитных амулетов или магической брони.
На землю упали первые раненые, оглашая подземный коридор дикими воплями и пятная его кровью.
Крики, стоны и мольбы о помощи страшной какофонией врывались в мои уши, но не отвлекали от битвы с четырьмя хаоситами.
Те пытались попасть в меня из винтовок. А их жабоподобные монстры старались вцепиться в мою плоть острыми зубами в локоть длиной.
— Хрясь! — щёлкнули совсем рядом со мной страшные челюсти, разбрызгивая во все стороны слизь, смердящую как сотни трупов, разлагающихся на жарком солнце.
Неповоротливые твари частенько сталкивались друг с другом, пытаясь ухватить меня. Да и моя «телепортация» работала исправно, позволяя избегать любых атак.
Правда, она отнимала больше маны, чем обычно, поскольку я находился на территории Пустоши, пропитанной миазмами Хаоса.
— Тебе конец, человечек! — в ярости выхаркнул один из зверолюдов, сражающихся против меня.
Он отбросил винтовку и отцепил от седла длинное копьё с хищно блеснувшим стальным наконечником, имеющим специальные зазубрины, которыми так удобно выдирать из жертвы внутренности.
— Вот уж хренушки! — выпалил я и выпустил друг за другом пару «взрывов энергии».
Один угодил в покрытую доспехами грудь хаосита, заставив его защитный амулет ярко вспыхнуть на шее. Тот потерял около семидесяти процентов заряда.
А уже второй мой атрибут впечатался в лицо гаду и взорвался зелёным энергетическим пламенем. Амулет сумел погасить часть взрыва, но после этого безжизненно потух, и оставшаяся мощь моего атрибута выжгла до кости физиономию зверолюда.
Тот с диким воем упал на землю и принялся кататься по ней.
