Я словно очнулась от долгой спячки, будто и не было этих недель без него, без Рассаэрна. Его губы коснулись моей щеки, потом носа, уголка рта, а пальцы соскользнули с подбородка и начали быстро расстегивать пальто. В груди стало тесно, воздуха не хватало, дыхание сбилось. Я даже не пыталась его остановить… Рассаэрн продолжал покрывать мое лицо легкими, бесконечно нежными поцелуями, я таяла под этими прикосновениями, медленно погружаясь в мягкий туман удовольствия. А когда сознание отстраненно зафиксировало, что пальто уже расстегнуто и ладонь мужчины уверенно устроилась на моем бедре, потихоньку поднимая юбку, меня вдруг охватило смущение.
Да такое сильное, что я распахнула глаза и вцепилась в руку Рассаэрна, не давая двигаться дальше.
– Н-не надо… – вырвались тихие слова, а он просто перехватил мои запястья, легко сжав их одной рукой, и завел за голову.
И улыбнулся, почти касаясь губами моих губ.
– Надо, Ариночка, – мурлыкнул он ну очень довольным голосом. – На-а-а-адо, моя хорошая, я устал бороться с собой…
Ответить я ничего не успела.
Его губы накрыли мои, язык – обычный, не раздвоенный, как невольно ожидала, – нежно погладил и проник дальше, не встретив сопротивления. Не помню, в какой момент начала отвечать, позабыв вообще обо всем и с головой окунувшись в необычные, яркие ощущения. Поцелуй длился и длился, то дразнящий, игривый, то глубокий и чувственный, заставлявший выгибаться навстречу, и я совершенно потерялась, на какое-то время отключившись от реальности.
Рассаэрн был непривычно нежен, в отличие от нашей первой встречи, и это безмерно удивляло, последние мысли о сопротивлении потонули в том чувственном удовольствии, что дарили его губы. И, похоже, сегодня я узнаю, каково это, заниматься любовью с демоном в человеческом обличье. Кажется, и этот вариант мне более чем понравится, судя по жаркой истоме, охватившей все тело. Смущение утонуло в обжигающей волне удовольствия, поднятой долгим поцелуем Рассаэрна, и я снова расслабилась, отдавшись на волю проснувшихся чувств.
Осознание того, что ладонь на бедре никуда не исчезла, больше того, теплая шерстяная ткань неумолимо поднимается вверх, заставило дернуться, и поцелуй прервался. Воздуха не хватало, я никак не могла отдышаться, а Руслан уверенно двигался все выше, задирая юбку. И при этом его черные глаза не отрывались от моих, отчего я все-таки смутилась снова. Щекам стало жарко, я выдохнула и попыталась отодвинуться.