Я выдохнула, чувствуя досаду, и мои губы поджались, чтобы не сказать чего-то такого, о чём потом буду жалеть. Казалось, всё повторялось заново. Как только я думала, что Блейн мог передо мной открыться, по-настоящему открыться, он меня отталкивал.
На следующее утро Блейн отвёз меня домой.
После всего, что между нами случилось, он держался крайне отстранённо. Я знала, что Блейн многим ради меня рисковал, но я до сих пор не понимала, делал ли он это, потому что я была ему небезразлична, или потому что Блейн просто оставался самим собой.
После того, как я от него уехала, мы часто проводили вечера вместе. Это было чем-то приятным, красивым и одновременно выводящим из равновесия. Мы лучше друг друга узнавали, но, казалось, что Блейн держал меня на расстоянии вытянутой руки. За исключением тех моментов, когда меня целовал.
В конечном итоге, я заснула с мыслями о нём, о том, куда он уехал, о чём не договаривал и когда позвонит снова.
Когда одеяло вдруг сползло с моего тела, я резко подорвалась, едва сдержав крик.
Возле моей кровати стоял Кейд, державший угол одеяла в руке.
— Ты проспала.
Снова упав со стоном на матрас, я повернулась к нему спиной и зарылась лицом в подушку.
— Уходи, — пробормотала я. — На улице ещё темно.
Он не ответил, и на какой-то благословенный момент я подумала, что, возможно, он меня послушал.
— Чёрный — мой любимый цвет. Откуда ты узнала?
Понадобилось некоторое время, прежде чем мой затуманенный мозг осмыслил то, что он только что сказал.
— Кейд!
Я подорвалась и дёрнула вниз задравшуюся за ночь футболку, обнажившую чёрное кружевное бельё.
Его взгляд медленно опустился от моих спутанных волос к груди и ниже, к едва прикрытым бёдрам.
— Пять минут, — произнёс он, после чего развернулся и вышел из спальной, закрыв за собой дверь.
Выдохнув, я убрала волосы с лица, пытаясь успокоить своё внезапно заколотившееся сердце. С тех пор, как он сказал мне, что я ему не безразлична, мы больше не затрагивали тему наших взаимоотношений.
В ту ночь я причинила ему боль. Мне не хотелось этого делать, но я не могла сказать ничего, что в конечном итоге не вбило бы клин между Блейном и его сводным братом.
Я просто знала, что была благодарна, что Кейд тратил время на мои тренировки, пусть это и означало, что нужно было просыпаться ни свет, ни заря, чтобы бегать по улицам Индианаполиса."
"Я заставила себя подняться из тёплой постели и поспешила в ванную.
