Пашка все это время молчал. Видимо он лихорадочно думал о том, как встретит меня Артур, а я, глядя на заграждения, на мрачные здания, думала совсем о другом. В моей голове проносились разные картины, мозг работал так быстро, что я не поспевала за собственными мыслями и вдруг я отчетливо поняла — мне туда нельзя. Совсем нельзя.
— Остановите машину! — крикнула я.
Пашка вздрогнул и повернулся ко мне:
— Что опять плохо?
— Нет. Не плохо. Просто я передумала. Все. Дай мне выйти.
Частник остановил авто и я вылезла из машины.
Вдохнула осенний воздух полной грудью.
— В чем дело? — Пашка не понимал, почему я подорвалась так неожиданно.
— Я не пойду на свидание. Все, Паш, иди сам. Я потом тебе все объясню.
Он усмехнулся:
— Быстро ты ход назад дала. Очень быстро.
— Паш, ручка и листик есть?
— Есть.
Он с угрюмой гримасой влез в сумку и достал мне тетрадку и карандаш.
Я быстро и размашисто написала: ""Я люблю тебя. Я вернулась, но ждать пятнадцать лет я не буду""
Паша прочел эти строчки, потом посмотрел на меня и я увидела как в его глазах блеснуло презрение.
— Значит так да? Еще один удар? Тебе никогда не приходило в голову, что человек не может вынести столько пинков и затрещин, что он сломается.
— Не сломается. Чернышев точно не сломается. Не говори о ребенке. Сейчас пока не надо. Заклинаю, не говори.
Пашка нервно закурил, и не глядя в мою сторону сел в машину. Я прижала руки к груди и смотрела ему вслед. Потом медленно пошла пешком обратно. Все это время я внимательно осматривала строение бараков издалека.
Мимо меня промчался автомобиль скорой помощи в сторону главных ворот, и в этот момент я поняла, как вытащу Чернышева.
Пашка смотрел на друга, они молча обнялись крепко, рывком. Артур изменился, похудел, на щеках отросла щетина, под глазами темные круги, костяшки пальцев сбиты в кровь, казалось он на грани срыва. Пашка ожидал, что тюрьма изменит друга, но чтобы настолько. Проблем с блатными быть не должно, он нужным людям звонил, и Артура должны были на зоне уважать и принимать как правильного, как своего.
Тогда почему он настолько подавлен? От еды Чернышев отказался, но передачу взял, сказал с ребятами поделиться надо. Говорили они не о чем, а Пашка видел, как Артур смотрит ему в глаза и взгляд пустой, потухший будто выключили человека или батарейки сели. Наконец Пашка решился и протянул Артуру записку Инги. Реакция Чернышева его поразила, мужчина вскочил с деревянной лавки и сжал Пашку в объятиях.
