Я завернулась поплотнее в простыню и пошла к двери, Артур резко выставил руку вперед и загородил проход. С того момента как он узнал, кто я, все изменилось и его отношение ко мне тоже, только теперь я его не понимала, я очень не любила чего-то не понимать и не предвидеть заранее. Меня это сильно нервировало и начинала чувствовать себя беспомощной.
— Куда?
— Такси ловить.
— В таком виде?
— Быстрее поймаю.
Я попыталась пройти, но он не дал.
— Отпусти. По-хорошему прошу, — процедила я сквозь зубы.
Артур усмехнулся, глаза угрожающе блеснули:
— А то что?
— Кричать буду, пусти, я сказала, — я ударила его по руке — все равно что бить по стволу дерева, он не шелохнулся.
— Кричи."
"Я набросилась на него с кулаками, стараясь проскользнуть, протиснуться между ним и дверью, но он одной рукой удерживал меня, а другой дверь. Стоял как скала. От чрезмерной физической нагрузки у меня закружилась голова, и я повисла на его руке как тряпка. Артур подхватил меня за талию и понес в спальню.
— Скотина, — прохрипела я.
— Верно, я скотина, а ты сейчас ляжешь в постель. Через полчаса Соня укол приедет делать.
Артур уложил меня на кровать и насильно закутал в одеяло, словно в кокон вместе с простыней.
— Ты можешь кричать, драться, ругаться, но ты отсюда не выйдешь. Поэтому смирись и наслаждайся жизнью, Инга.
— Я не Инга! — Выкрикнула злобно, словно выплюнула.
— Знаю, но ты уже и не Васька. Я еще не решил, как тебя называть.
Он издевается, просто надумал отплатить мне за все что я сделала. Точно, он будет мне мстить.
Здесь я в его власти, нас никто не будет искать и он может делать со мной все что угодно.
— Пока что будешь — маленькая, раз ни Инга, ни Василиса тебя не устраивает.
Мне захотелось запустить в него чем-то тяжелым, но в этот момент он сказал нечто такое, от чего у меня все внутри задрожало.
— Я сделал яичницу, глазунью с колбасой. Как ты любишь и сладкий чай с малиной, три ложки сахара. Всегда удивлялся, как у тебя до сих пор попа не слиплась.
Ушел, а я так и осталась смотреть ему вслед.
Это что он только что сказал? Нет, мне не послышалось? Да, я любила яичницу глазунью, я обожала чай с малиной, очень сладкий чай. Но это было в другой жизни, когда я еще не сидела на всяких здоровых диетах и не заботилась о фигуре. Это было восемь лет назад. Когда я жила с ним и по выходным Артур кормил меня завтраком. Не забыл. Не забыл, черт его раздери, а говорил, что не помнил, как я выгляжу. Почему это упоминание вызвало странное чувство ностальгии и тоски.
