Тяжело вздохнула, виновато посмотрела на Свету. – Мы снова сошлись. Знаю, ты скажешь, что это уже ни в какие ворота не лезет, и я даже с тобой соглашусь. Только… на этот раз это навсегда.
– В смысле «навсегда»?
– В прямом. Со всеми этими планами на будущую жизнь и, возможно, совместных детей. Правда… – она криво улыбнулась, – это, оказывается, безумно сложно – рассказать обо всём. Руслан вернётся только через неделю, а я уже с ума сошла, пытаясь представить, как скажу, что хочу развода.
– Может, ты для начала поговоришь с Игорем? – осторожно спросила Света.
– Ты с детьми много говорила до того, как расстаться с Никитой?
– Ты права, – Света вздохнула. – Ну, у нас вроде как другая ситуация была… Как считаешь, что он скажет, когда узнает причину развода? Узнает, что отец его лучшего друга предал маму ради тебя? Что теперь вы будете жить вместе?..
– Не знаю. – Инна сжалась, сложилась пополам, пряча лицо в ладонях. Пробормотала неразборчиво: – Мне кажется, что голова скоро взорвётся. И тогда не придётся ничего решать.
– Что по этому поводу говорит Сергей? – Хотелось поддержать, посоветовать что-то, но что здесь можно сказать? При одной только мысли о пропасти, которая разверзлась под ногами Инны, желудок Светы сжимался.
– Сказал, что должен обсудить свой развод с Лёшей. Тамара всё-таки сестра его близкого друга. И я даже представлять не хочу её реакцию. Может, моя голова всё-таки взорвётся…
– Послушай, – Света поднялась, обошла стол и опустилась на колени перед подругой. – То, что вы решили больше не обманывать – это уже важный шаг.
Надо делать всё постепенно. Люди разводятся, такое случается. Главное правильно обо всём рассказать.
– В том-то и дело, что мы понятия не имеем, как это сделать правильно. – Инна выпрямилась и печально улыбнулась. – Как сделать правильным то, что изначально таковым не являлось?
– Знаешь, в жизни случаются такие моменты, которые надо просто пережить. Я в тебя верю. В вас обоих. И в Руслана с Тамарой – тоже.
– Спасибо, – шепнула Инна. – Мне очень, очень важно это слышать.
Стол на кухне был прекрасен. Серьёзно, если бы существовал приз за самый лучший стол, этот несомненно занял бы первое место: широкий, с толстой столешницей, сделанной из спила двухсотлетнего дуба, потемневший от времени и масла, которым его регулярно смазывали. Когда Тамара в первый раз увидела этот стол, тут же представила, как они будут собираться тут по вечерам всей семьёй, обсуждать, как прошёл день и беззлобно друг друга подкалывать.
