Кивнув садовнику, медленно шагаю по мощеной дорожке мимо розовых кустов.
Ее слова не идут из головы. И вроде все понятно – она не верит Кляйсу и, переживая за меня, хочет оградить от него. И легенду эту приплела зачем-то… Но что-то не дает махнуть на них рукой и забыть. Царапает внутри, колет, как шип той самой розы.
Словно знает бабка больше, чем остальные, а предупредить не может.
Я и сама ему не верю. Он всегда был лживым. Что у него в голове и сердце, известно лишь дьяволу.
Остановившись у арки с плетистой розой, тянусь за ярким бутоном, но неожиданно напарываюсь подушечкой пальца на шип.
- Черт! – слизав капельку крови, иду дальше.
Во рту растекается вкус металла, а мне почему-то вспоминается наш с Марком секс. Первый и единственный.
Я тщательно готовилась к нему. Знала, что он случится в день моего выпускного в гимназии. Мы говорили об этом с ним.
Марк обещал, что после выпускного его отец встретится с моим дядей, чтобы уговорить того разрешить нам встречаться официально.
Разве могла я тогда сомневаться в его намерениях? Мне казалось, он всегда был искренен.
Тогда, после фотосессии, вечно занятой дядя с выпускного уехал, а я, договорившись с девчонками, чтобы прикрыли перед учителями, уехала оттуда на байке Марка.
Случилось все в его элитной квартире в центре города. Мне было больно и страшно, а Кляйс вел себя как победитель.
Разглядывал меня голую, ставил в разные позы, пытался приобщить к минету. Позже я поняла, с какой целью – получить наиболее эффектные кадры, чтобы ни у одного зрителя не закралось подозрение, что это фотомонтаж.
Все получилось идеально. Утром я вернулась домой без девственной плевы, но со славой порноактрисы."
"Вспомнив свою реакцию на предательство, присаживаюсь на лавку в глубине сада. Тошнит почти так же, как тогда. Першит в горле и хочется реветь.
Нет. Такое забывать нельзя. Прощать тем более.
Пусть дядя сам решает его дальнейшую судьбу.
Глава 10.
Глава 10.
Вечером за ужином царит напряженная обстановка. Дядя, делая вид, что не замечает моего присутствия за столом, даже не смотрит в мою сторону.
Митрич, подражая ему, удостаивает меня лишь односложными ответами.
Все еще злятся.
Я быстро проталкиваю в себя овощное рагу с кусочком шницеля и ухожу к себе.
С Митричем поговорю позже, когда дяди рядом не будет. Это при нем он обиженку из себя строит, а так он отходчивый.
Сейчас немного выпьет и все сплетни мне расскажет. Не получается у меня об этом придурке не думать.
