– Ну а если дело в другом? Может, Алхана нам подставили, почему он молчал до этого момента? Ни разу за время бойни не обратился к Матушке, не требовал выкупа. Не уверен, что Мудаев – полный профан. Раз он сознательно предложил себя в роли мишени, значит, у него есть веские на то причины. Может статься, что Алхан непричастен к краже мальчика.
Последнее умозаключение Лисовского было для Елены Родионовой чем-то вроде раската грома. Уже закрепившаяся благодаря Роланду уверенность, что ее сын находится в плену у чеченцев, разбивалась о логику Лисовского.
Слова Лисовского своим беспощадным смыслом встряхнули Родионову. Произнести такое в присутствии Кутателадзе было довольно смелым поступком, но Лисовскому надо было набирать очки в новом для себя амплуа первого советника и, следовательно, второго человека в могущественной империи, которая принадлежала Матушке. Лисовский постепенно начал понимать, с какими напрягами грузином управлял Сумцов. Его предшественнику горилла повиновался с трудом, но Лисовский отчетливо понимал, что в служебной иерархии он стоит на ступеньку выше Кутателадзе.
И это понимал всякий, за исключением разве что Роланда.
– Ты что, совсем спятил? Непричастен, говоришь? – завелся Роланд, у которого с Алханом теперь были личные счеты. – Тебе что, мало доказательств, мало крови?!
– Все прояснить может только стрелка, – не уступал Лисовский, не забывая искоса поглядывать на хозяйку, – продолжение бессмысленной войны – худший исход."
"– Ты говоришь о войне, как будто сам воюешь! – негодовал Кутателадзе.
– Нельзя рисковать жизнью Елены Александровны, на эту встречу должен идти я. Если позволите, я перебью их на месте, как кроликов.
По виду трудный на подъем Матлашенко не имел привычки ввязываться в споры. Это был исполнитель. Его отсутствующие глаза могли вспыхнуть, только когда хозяйка обращалась к нему, отдавая приказы. Он не лез со своими советами и не пользовался своим правом голоса на общем совете. В свое время он был лучшим в подразделении охраны Родионовой.
Бывший шеф ЦСБ Петелицын взрастил его по своему образу и подобию. Петелицын не раз наставлял своего любимчика, что надо быть истуканом, чтобы добиться успеха в их работе. Матлашенко был способным учеником. Он понял этот главный урок. После гибели шефа он занял его место.
Сейчас он стоял по правую руку от хозяйки и гадал, кому в этом споре она отдаст предпочтение. Сам Матлашенко был уверен, что грузин как всегда порет горячку.
