– Лерка, ты нормальная? Я тебе реальное дело предлагаю.
– Пей кофе, Люсь, остынет. Я не собираюсь ничего менять в этом доме.
– Как это? – возмутилась подруга. – А кто жаловался, что личная жизнь не ладится? Я тут, понимаешь, для нее стараюсь, а она…
Людка не договорила. Подняв чашку, она замерла и уставилась мне за спину с таким видом, словно там божество какое появилось.
– Люсь, ты чего?
Я удивленно посмотрела на Скрябину.
– Охренеть, – тихо пробормотала подружка. – Скажи, что это не сон!
– Доброе утро, дамы, – послышался бархатный баритон, и все сразу стало понятно.
– Лерочка, а можно мне тоже кофе?
Лекс появился в поле зрения, ослепляя улыбкой и красотой. Ворот рубашки распахнут, джинсы идеально сидят на бедрах, влажные волосы зачесаны назад, подбородок гладко выбрит. Не мужчина – картинка! Людка, не отводя от него восторженного взгляда, смяла сигарету в пепельнице, отставила чашку, тряхнула каштановыми кудрями и выпятила грудь.
– Турка на плите, – хмыкнула я, наблюдая за подругой.
Ее поведение стало для меня неожиданностью. Люся всегда была девушкой самоуверенной и не отличалась особым пиететом перед красивыми мужчинами, и то, как она сейчас смотрела на Лекса, навело меня на неприятные размышления. Неужели при общении со Стаховым я выгляжу такой же идиоткой?
– А я думал, ты за мной поухаживаешь, – с легким укором сказал Лекс.
– Я могу за вами поухаживать, – подорвалась Людка. – Меня, кстати, Людмилой зовут.
– Рад знакомству, – сверкнул улыбкой Лекс.
– Я – Алексей Стахов, друг Леры.
Он подошел ближе и оперся о спинку моего стула.
– Так ведь, Лерочка? – наклонившись ко мне, тихо спросил постоялец.
Я почувствовала его дыхание. Уловила тонкий аромат парфюма. И сразу захотелось закрыть глаза и откинуться назад, прижаться к Стахову, ощутить на своих плечах его руки.
– Близкий? – уточнила подруга.
– Люсь, ты вроде собиралась кофе налить? – скинув непонятное наваждение, осадила я любопытство Скрябиной.
– Да, конечно.
Людка схватилась за турку.
– Пожалуйста, – подруга расплылась в улыбке, поставила перед Стаховым чашку и замерла, не в силах пошевелиться.
– Благодарю, – небрежно обронил Лекс. Он бросил на Скрябину насмешливый взгляд, занял кресло, привычно развалился в нем и поднес чашку ко рту. – М-м-м, пахнет божественно, – протянул постоялец.
– На вкус тоже ничего, – пробормотала Людка, не отводя от Стахова восторженного взгляда.
Я никак не могла понять, что на нее нашло.
