– Кто? – дойдя до ворот, задала стандартный уже вопрос.
– Это я, Лерок, – послышался голос Людки Скрябиной. – Открывай.
– Люсь, ты чего в такую рань? – распахнув калитку, удивленно уставилась на подругу."
"– Дело у меня к тебе, – ответила та и шустро двинула к дому. – Я тут недавно с мужиком одним познакомилась, у него антикварный магазинчик в области, так вот…
– Стоп! – оборвала я Людку. – Не тарахти. Ты же знаешь, я спросонья не очень хорошо соображаю. Идем на кухню, кофе выпьем, тогда и расскажешь, что за мужик и что за дело.
– Дело стоящее, можешь мне поверить, – шагая по коридору, вдохновенно вещала подруга. – Если постараться, неплохие бабки заработать можно.
– Ты мне одно скажи, ты чего в такую рань притащилась? – прикрывая рукой зевок, поинтересовалась я. Спать хотелось просто нереально, и перспектива делового разговора с Людкой не радовала.
– Мне через два часа в Сосновском нужно быть, вернусь поздно, вот и решила до работы заскочить, – ответила подружка.
Она устроилась за столом и достала сигареты.
– Короче, дядечка этот, с которым я познакомилась, имеет антикварный магазинчик, – продолжила Людка. – Цены там – будь здоров, я сама видела. Если подойти с умом, мы с тобой озолотимся.
– Подожди, – я засыпала зерна в кофемолку и уставилась на Скрябину. – Куда подойти, с каким умом? И при чем здесь антиквар?
– Так я же объясняю, – нетерпеливо фыркнула подруга. – У тебя дом битком набит всяким старьем, если его сдать, можно кучу денег заработать.
Она сдула со лба длинную каштановую прядь, закурила и уставилась на меня с тем вдохновенным выражением, которое я обычно называла авантюрным.
Людка Скрябина была моей подругой детства, знала я ее лет с пяти, а то и с четырех, и сейчас, глядя на горящие азартом карие глаза, понимала, что отделаться от нового предприятия будет сложно.
– А с чего ты решила, что я захочу все продать?
– Ой, Лерок, ну брось! Что я тебя не знаю, что ли? Ты же обожаешь минимализм и хайтек, а ретро терпеть не можешь! Удивляюсь, как ты сразу всю теткину обстановку не выкинула.
Хотя, хорошо, что не выкинула, – Людка затянулась и задумчиво постучала сигаретной пачкой по столу. – По крайней мере, заработаем. Значит, так, – решительно заявила она. – С тебя – вещи, с меня – договор и вывоз. И законные тридцать процентов.
Я только головой покачала. Ну, Людка! Лихо она с моей собственностью разобралась.
– Не получится, – разливая кофе по чашкам, огорошила подругу.
– Чего это?
– Я не буду ничего продавать.
