Вот уж в чем я не сомневалась! Мне одного взгляда хватило, чтобы понять, что дана Фрида способна не только домом управлять, но и целой армией командовать. Жаль, что она не могла взять под свой присмотр и Яблочный. Григорий, который оставался там за старшего, не внушал мне доверия, но Этьен принял от тетушкиного помощника магическую клятву, нечто вроде присяги на верность, а Лекс составил договор, и теперь господин Чебышев официально числился в Яблочном сторожем, смотрителем и подсобным рабочим. «Не переживай, Лэри, – успокаивал меня рыжий, – Гришка теперь слова против тебя сказать не сможет, не то, что зло причинить».
Я скептически покосилась на грустную физиономию помощника, но решила поверить Этьену. Не самоубийца же Григорий, чтобы с магами связываться?
– Вы не думайте, Валерия Павловна, – с легкостью «прочитав» мой взгляд, залебезил Чебышев. – Я вам верой и правдой служить буду, вот увидите. Любое поручение, любые сложности – я на все готов, только прикажите.
Он с таким рвением уставился мне в глаза, что я даже растерялась.
И что мне с ним делать? Гришка ждал, а я, состроив значительную мину, соображала, что же ему поручить. Вроде бы, особняк в порядке. Да и снаружи все хорошо.
И тут мне в голову пришла идея. Я вспомнила буйное цветение тетушкиных палисадников и решила их слегка проредить.
– Нужно перенести горшки с анемонами в Каменную пустошь и расставить у парадного входа и вдоль дороги, ведущей к воротам – заявила «работнику».
Григорий воодушевленно кивнул.
– Как скажете – проблеял он своим жиденьким тенорком и с таким рвением кинулся выполнять поручение, что я только головой покачала, наблюдая за его мельтешением туда-обратно.
– Сделаем в лучшем виде, – пробегая мимо меня к порталу, пыхтел Чебышев. – Можете быть уверены, Валерия Пална!
Он шустро перетащил горшки, разметил территорию, расставил цветы на одинаковом расстоянии друг от друга и заявил: – Все сделано, принимайте работу, Хозяйка.
Я обвела глазами каменное пространство.
Двор заметно оживился. Яркие разноцветные шляпки задорно трепетали на ветру, пестрые горшки выделялись на ровных желтых плитах, зелень листвы казалась сочной и живой. Странно. И почему меня так раздражали тетушкины анемоны? Ведь красиво же!
– Мы за цветочками присмотрим, Ваша милость, – заявила мне наблюдающая за работой Гришки экономка. – Ни один не завянет.
Эх, если б она еще и за самим Гришкой присмотреть могла! Но мечтать не вредно, как говорится.
