Только я сам нихрена не понял. Мне просто херово до такой степени, что хочется подраться до крови, выбить кому-то зубы и свернуть пару челюстей, и чтобы меня отпрессовали. Превратили в кусок мяса, который валяется под капельницами и от физической боли грызет подушку. Выйти из комы этой, под названием эмоции. Чтоб не хотелось тачку завести и рвануть к ней, выдернуть из шелка мягкой, чистой, розовой постельки и долго жестко трахать на полу, в ванной, на подоконнике. Везде. И чтоб повторяла мне, что любит. Вот этим тихим голосом, чтоб в глаза смотрела и повторяла мое имя.
Я много всего от женщин слышал: от ""я хочу тебя"" до ""я тебя ненавижу, мразь"". И о любви говорили, но я ее только слышал, но не видел, не чувствовал, а сейчас меня ударной волной от ее эмоций на части разрывало. Я в глазах ее это читал, в стонах, в дрожащих ресницах, в том, как щекой о руку терлась и губами проводила по пальцам, словно кайфует от простого прикосновения. Говорит, на нее никто так не смотрел? Это на меня никто так не смотрел, и я понимаю, что я за этот взгляд убить готов.
От него в зависимость попадаешь. От всего, что ее касается. Даже от запаха. Наваждение, бл**ь.
Сотовый зазвонил неожиданно, и я протянул руку, делая еще один глоток виски.
Отрезвел слегка, как только понял, кто звонит."
"— Я подумала… мне… да, нужна ваша помощь. Я могу к вам приехать?
— Записывайте адрес, Татьяна.
* * *Я сидел в кресле, прикрыв глаза и вытянув ноги, лениво пуская дым от сигареты в потолок и поглядывая на голую женщину в моей постели.
Не собирался ее трахать сегодня, да и в ближайшее время тоже, но меня раздирало от неудовлетворенного желания и ярости. Я просто не понял сам, как это произошло. Взял ее прямо в прихожей, развернув к зеркалу, задрав юбку и, наклонив над комодом, просто отымел. Без долгих ласк, поцелуев и подготовки. Оставил ей пару синяков на заднице и на горле, но ее, видимо, все устроило. Правда она пыталась немного повырываться, но когда я вошел в нее, все сопротивление немедленно прекратилось.
Орала подо мной, как резаная, содрогаясь от оргазма, и сейчас эта, такая скромная на первый взгляд, мадам валялась на моей постели и тоже курила, потирая синяки на шее.
Мне дико хотелось выставить ее за дверь и нажраться вусмерть. До глюков и зеленых чертей. Чтоб не думать. Выпасть из реальности на неделю адского запоя и беспредела. Раньше помогало. Шлюхи, виски или кокс. Нирвана, после которой собирал себя по кусочкам, но оживал всегда.
