Андрей
Мне не верилось, что наконец-то удалось добиться свидания с Максом. Мы задействовали все свои ресурсы, чтобы пробиться сквозь эту стену. Никогда еще открыть нужную дверь не было настолько проблематично. Беликов, как паук, год за годом плел паутину и в своем ведомстве чувствовал себя хозяином. Крепко держал оборону. Окружил себя доносчиками, которые докладывали ему все — начиная от официальных данных и заканчивая самыми грязными слухами. Бесценная валюта — информация, даже если для ее поисков нужно перелопатить горы грязи и дерьма.
В какой-то момент мне даже казалось, что все… тупик. Но тут же отбросил эти дурацкие мысли. Так не бывает. Должна быть какая-то лазейка. Хоть минимальная. Всесильных нет, и Беликов не исключение. Продолжая упорно искать выход, начинаешь понимать, что нет ничего невозможного для того, у кого есть цель. И вот сейчас, шагая по узким коридорам, я наконец-то начал дышать, несмотря на то, что не знал, что скажет мне брат — наш разговор может оказаться крахом надежд.
Но мы приложили столько усилий, чтобы добиться этой встречи, что одно понимание, что это нам удалось, вселяло какой-то необъяснимый оптимизм — вот наконец-то все начало идти по плану. А значит, так будет и дальше. Эту уверенность невозможно объяснить логикой. Это скорее чувство заслуженного везения, результата, ради которого пришлось очень постараться."
"Массивная железная дверь отворилась, и за ней я увидел Макса. Заросший, уставший, глаза сверкают лихорадочным блеском, губы сжаты в тонкую линию.
Ждет… Знает, что здесь самое тяжелое, но единственно возможное — это ожидание. Которое сводит с ума, раздражает, выводит из себя. Потому что твои руки связаны. Как в прямом, так и в переносном смысле. Потому что твоя судьба зависит от других, от того, как и когда там, за стеной, нужные люди смогут договориться.
Мы крепко обнялись, я знал, что ему, как и мне, стало хоть немного легче. Что лед тронулся, что если уж я здесь — значит, броня Беликова оказалась не такой уж железобетонной.
А остальное — решим.
— Ну здравствуй, брат. Выглядишь, конечно не очень, врать не буду…
— Граф, зато тебя хоть на подиум отправляй. Ты наверное в этом своем черном костюме родился. Счастливчики обычно в рубашках рождаются, а ты в Армани… Буржуй недобитый.
— Лучше быть богатым и здоровым, Макс… Тебе ли не знать. Рассказывай, как тебя угораздило-то?
— Да подстава, Андрей. На лицо. Красиво сделали, сам видел.
