Бой действительно мог стать неплохим выходом, но… Деньги ему требовались прямо сейчас. Пока право требования по долгу не перешло к людям, которые давно хотели подгрести его ферму под себя. Хорошо хоть у него в банке имелись свои люди. И он узнал о ситуации заблаговременно.
- Только не говори, что ты согласишься.
Марк резко обернулся.
- Я сказал тебе продолжать тренировку.
- Да к черту её. Просто скажи, что ты пошлешь Дона подальше.
- Это не твое дело, - рявкнул Марк. – И не смей трепать языком.
Усек? – уставился на парня. Тот упрямо выпятил вперед челюсть, но все же промолчал. – Вот и славно. Пойду в душ. Можешь считать тренировку оконченной.
Марк ушел, не оборачиваясь. Меньшее, что ему сейчас было нужно – нравоучения от мальчишки. Он и сам отдавал себе отчет… и все понимал. Не мог придумать только, как выкрутиться, не прибегая к этому плану. От Самарова зависело столько людей, что он не мог просто взять и сдаться. Как отцу тогда в глаза смотреть? И Арише… Марк обтерся, надел шорты и майку и отправился на поиски дочери.
Но в гостиной уже никого не было. Только отец.
- Где Ариша?
- Я уложил ее спать.
- Не рано? Или у нее опять поднялась температура?
- Да нет. Этери измерила. Она просто устала. Я уже тоже, наверное, пойду…
- Может, и мы как-нибудь сыграем? – Самаров кивнул в сторону стола, на котором стояли шахматы, и перевел взгляд на отца.
- Было бы неплохо, – голосом, чуть задушенным от переполняющих его чувств, пробормотал тот и, опустив голову, кряхтя, поднялся из кресла.
- Пап…
- Да?
- Спасибо тебе.
Марк не стал уточнять, за что. Это было бы глупо. Да и как это прозвучит? Спасибо за то, что не пьешь? За то, что не добавляешь мне проблем к имеющимся? Или… за то, что ты у меня есть? Такой… Ну, ведь глупо, как ни крути, глупо.
Александр Николаевич смущенно откашлялся. Кивнул и пошел, минуя Марка, из комнаты. У самого порога остановился. Вернулся. Подошел к сыну, приобнял его и похлопал по плечу.
- Все как-то образуется.
- Да…
Когда отец ушел, Марк вернулся к себе. И хоть он весь день мечтал о том, чтобы оказаться с Этери наедине, идти к ней он передумал. Рядом с ней у него путались мысли. А сейчас Самарову слишком многое нужно было обдумать. Он включил спортивный канал, улегся поперек кровати и, закинув руки за голову, уставился в потолок. Сколько так прошло времени? Непонятно. Из-за тучи выкатилась луна, заливая комнату серебряным светом.
