Иван взмахнул рукой в направлении гостиной, будто был хозяином в этом доме. Марк хмыкнул, но все же заглянул в комнату. Его глазам открылась идеалистическая картина. Отец сидел перед шахматной доской напротив Ариши и, сложив ладони лодочкой у губ, делал вид, что раздумывает над ходом, в то время как сама девочка, захлебываясь восторгом, что-то рассказывала усевшейся на подлокотник ее кресла Этери. Та ласково водила пальцами по волосам Ариши, качала головой и улыбалась. Завидев его, Этери кивнула в сторону доски и поинтересовалась:
- Не хочешь помочь дочери выйти хотя бы вничью?
- Ни капельки.
Пусть учится достойно проигрывать.
Этери закатила глаза, Ариша возмущенно запыхтела.
- Если что – мы с Иваном будем в спортзале.
- А можно я посмотрю на тренировку?! – вскочила Ариша.
- Эй! А кто будет вместо тебя заканчивать партию? – возмутился Александр Николаевич.
- Никаких зрителей, солнышко. Иначе все накроется.
- Это еще почему?
- Потому что ты опять станешь выделываться и играть на публику.
А у меня нет времени на это дерьмо.
- Я не стану! – сощурился Иван.
- Ты опять со мной споришь? Как там коровник? Все вычистил?
Иван открыл рот, но вовремя проглотил готовые сорваться слова. Что ж… Малыш делал успехи.
Их тренировка была в самом разгаре, когда у Марка зазвонил телефон. Он взглянул на дисплей.
- Продолжай в том же темпе. Я отойду.
Бывший промоутер Марка и раньше предлагал ему вернуться в ринг. Но до этих пор еще ни разу в жизни Самаров не рассматривал эту возможность серьезно.
Он не хотел повторить судьбу старины Майка. Не хотел превратиться из великого боксера в посмешище, только чтобы заработать. Но… Один бой… Всего один бой мог бы помочь ему продержаться на плаву вне зависимости от исхода поединка. И чем хуже шли дела на ферме, тем чаще он об этом задумывался. А старый сукин сын Дон, будто чувствуя это, позвонил утром и предложил за бой такие деньги, что Марк теперь думал об этом, не переставая."
"- Меня волнует твоя форма, бро… Сам понимаешь, короткий поединок нам ни к чему.
Бой должен быть зрелищным, чтобы люди не пожалели, что купили билеты, а рекламщики платили по двести тысяч за тридцатисекундный ролик в перерыве…
Марк подумал о том, насколько зрелищной может считаться смерть в прямом эфире. Ведь он не просто так ушел из спорта. А насчет формы… Ну, он был в лучшей форме, чем, наверное, мог бы.
- Насчет этого можешь не переживать.
Самаров отбил вызов и растерянно провел по волосам.
