И хвала Мейре, иначе рухнула бы на пол от ужаса навалившегося на меня открытия: мне придется играть роль подарка для взрослого мужчины. Даже думать не хочу, для чего ему кукла…
— Какая красавица! — судорожно вздохнув, выдал наконец принц Родерик, продолжая пялиться на меня. Я в очередной раз испытала сильнейшее искушение (и даже настойчивую потребность) упасть прямо на календусский ковер спальни. Хвала Мейре, что на кровати сидела, и дальше буду! И плевать мне на все правила этикета.
Я же кукла, что с меня взять? Зато можно не грохнуться от изумления, имея под попой надежную поддержку — удобный матрас. Нет, я, конечно, привлекательная, но вот чтобы взрослые принцы при встрече со мной теряли дар речи и глаз отвести не могли?! Да еще когда я без грамма косметики, с растрепавшимися волосами и в этом невыразительном платье?! Со стойким выражением легкой дебильности на лице? Ну, хе-хе… я не настолько самоуверенная.
Почему, кстати, он так смотрит? Довольно странная (и слишком сильная!) реакция для мужчины его возраста, тем более принца.
Ведь это принц Делаэрт, да? Я мысленно сделала секундную паузу, словно предлагая Мейре сжалиться надо мной и внести долгожданную коррективу: послать уже наконец требуемого ребенка, с которым надо будет время от времени играть, гулять, ну или даже обучать иностранным языкам, я и на это согласна! Я вот календусский неплохо знаю… Выучила в прошлом году для… хе-хе… деловой поездки.
Мейра и послала мне… лийра Термонта, тенью скользнувшего в спальню. Ну, этот тоже на милого мальчика не слишком похож. Мейра — она такая шутница!
— Потрясающая красавица! — негромко повторил принц с четко прозвучавшим неподдельным восхищением в голосе. Я едва из образа не выпала и не метнула в него недовольный настороженный взгляд: он издевается, что ли?! — Ведь так, лийра Бри?
Родерик спросил старшую придворную даму, которая стояла к нему ближе всех, но не повернулся к ней и даже взгляда от меня не оторвал.
Хм, это что — проверка на вшивость? Вопрос с подвохом или как?
Хотя принц обратился к лийре Бри, вздрогнули почему-то три остальные лийры. Нервные они какие-то. А вот старшая дама сохраняла завидное самообладание, и голос ее прервался лишь дважды, когда она почтительно ответила:
— Вы совершенно правы, ваше высочество. Искусство мастера Рейса превзошло все наши ожидания.
