– Ее подарил вам Семен Борисович?
– Да. Он написал в завещании, чтобы мне отдали джип. Поэтому племянники отдали мне эту машину. Он мог бы оставить мне деньги или дом. Я столько лет на него работал. А он мне оставил старый джип. Но ничего. Как говорят, дареному коню в зубы не смотрят.
– У вас принято завещать свои джипы садовникам? – вдруг спросил Дронго.
– Что? – не понял его Гулам. – Что вы спросили?
– Ничего. Чувство человеческой благодарности – самое лучшее из того, что мы можем продемонстрировать. Хотя бы для улучшения собственного имиджа.
Если вы понимаете, о чем я говорю.
Дронго повернулся и пошел обратно в кабинет. Над телом матери причитал Туфан. Рядом валялся пистолет, из которого стрелял убийца. Борис Измайлов сидел на стуле, глядя перед собой невидящими глазами. Иса уже вышел из кабинета, чтобы встретить сотрудников полиции и врачей. Фатьма успела отсюда убежать и теперь возилась в ванной комнате, чтобы успеть убрать за собой. Она вынесла оттуда небольшой тазик, мокрую тряпку, швабру, сухую тряпку и еще какие-то баночки и флаконы.
Она стала тереть пол в углу с таким ожесточением, словно пыталась смыть свой невольный позор, когда она, увидев убитую Хуршиду, страшно испугалась.
– Хватит, Фатьма, – попросил ее Борис, – там уже и так чисто. Лучше собирай свои вещи и иди на кухню. Там хотя бы безопасно. Хотя я даже не знаю, где сейчас безопасно.
Дронго подошел к книжному шкафу, посмотрел на тайник. Очевидно, он приводился в действие скрытым механизмом из самого шкафа.
Возможно, там нужно было сдвинуть какую-то книгу или поменять ее местами. Но потом механизм сломался. Судя по всему, сломался достаточно давно, лет двадцать назад, когда братья Измайловы были еще детьми. Теперь понятно, почему об этом втором тайнике никогда не говорил их дядя. Это была просто дыра в стене, к которой был придвинут шкаф. Об этой дыре знала Фатьма, которая убирала за шкафом, но не могли знать братья, которые бывали в доме наездами и тем более не очень охотно заходили в кабинет своего дяди, когда он болел.
Тогда все правильно. Второго тайника в доме не было, и дядя Семен не считал нужным говорить о нем своим племянникам.
– Там ничего нет, – глухо произнес Борис, – даже тайника. Это просто обычная ниша в стене.
– Раньше был тайник, – возразил Дронго, – возможно, лет двадцать назад.
– Двадцать лет назад еще был Советский Союз, – отмахнулся Борис, – и все было иначе. Это не тайник, просто дыра. Иначе наш дядя о нем бы нам рассказал.
