Согласно расчётов того же Ляпишева процентов двадцать, не больше. И в этом случае наша атака… Ну что тут сказать — «Безумству храбрых поём мы песню».
— Парни, держитесь, начинаю манёвр уклонения, — произнёс я, и врубил форсаж на маршевые двигатели, одновременно подав тягу и маневровые.
Перегрузка вдавила меня в ложемент, с каждой секундой наваливаясь всё сильнее. У меня даже в глазах потемнело, и парням достаётся ничуть не меньше. Но тут уж ничего не поделаешь. Попала белка в колесо, пищи, а беги. Кстати, корни вот этой поговорки мне очень даже известны.
Детям порой покупают домашнего питомца с Земли, и в колесе те бегать очень даже любят.
М-да. Какие только мысли не лезут в голову, когда тебя всё сильнее размазывает по ложементу перегрузкой. И чем дольше она длится, тем тяжелее переносится. Всё же это слишком даже для десантников с усиленной физикой.
Перед глазами уже одна красная пелена, так что ни приборную панель, ни голографическую карту в реальности я не вижу. Только внутренним взором, наблюдаю картинку транслируемую бортовым искином.
И кораблём управляет он, же, подчиняясь моим мысленным командам.
Аркадий в очередной раз запросил разрешение на снижение ускорения. Забота о здоровье экипажа в нём прописана чётко. Но в то же время и ослушаться моего прямого приказа он не может.
«— Физическое состояние экипажа», — мысленно запросил я.
«— Удовлетворительное.»
«— Держать ускорение.»
«— Выполняю.»
Вот так. Понятно, что тут главное не перестараться, потому что нам после ещё ведь и драться.
Но в то же время нужно как можно дальше отойти от основных сил конвоя, и заставить растянуться преследователей. Если навалятся разом, то нам окончательный и бесповоротный абзац. Как я уже говорил, расчёт был только на двоих.
Я глянул на голограмму, и запросил параметры преследующих нас искорок. Вот мне интересно, эти самураи двужильные что ли. Как они умудряются выдерживать такое ускорение. Ведь их скорость даже выше нашей, а у нас хорошие движки. Ну да чёрт с ним, с железом, люди то не из титана отлиты.
«— Дрон, ты вообще понимаешь, как они умудряются такое ускорение выдерживать?» — запросил я по сети.
«— У меня только одно объяснение — упаковались в спасательные капсулы, и отправились в криосон. Как только бортовой искин выведет на оптимальную дистанцию, так и выберутся из них», — предположил Малахов.
«— Пожалуй соглашусь».
Итак, в отличи от нас они сейчас выжимают из маршевых двигателей вообще всё на что те способны.
