И вот он я. И тот человек, которым я стал… это совсем не тот человек.
Нора льнет к нему плечом.
– Но тебе он нравится?
Алекс задумывается. Этот человек другой, может, слегка мрачнее. Более невротичный, но более честный. Более острый ум, более страстное сердце. Теперь это кто-то, кто не хочет связать свою жизнь с работой, но у которого гораздо больше причин, за которые стоит бороться.
– Да, – отвечает он. И твердо добавляет: – Да, нравится.
– Круто, – произносит Нора, и Алекс видит на ее лице ухмылку. – Как и мне.
Ты – Алекс. Среди всего этого идиотизма ты единственный, кем когда-либо должен был быть. – Она хватает его лицо обеими ладонями и сжимает его. Алекс стонет, но не отталкивает ее. – Итак, хочешь составить какой-нибудь план на случай непредвиденных обстоятельств? Хочешь, чтобы я что-нибудь предсказала?
– На самом деле, – произносит Алекс немного сдавленно, потому что Нора все еще сжимает его лицо в своих руках. – Я не говорил тебе, что я типа… тайком сдал экзамены в юридический этим летом?
– О! О… юридический, – говорит она так же просто, как сказала «оттрахать» про принца несколько месяцев назад.
Простой ответ на то, к чему он сам бессознательно шел все это время. Нора отпускает его лицо, вместо этого возбужденно хватая его за плечи. – Ну вот и все, Алекс. Погоди-ка… точно! Я собираюсь подавать документы в магистратуру. Мы можем сделать это вместе!
– Правда? – спрашивает он. – Думаешь, я справлюсь?
– Алекс. Да. Алекс. – Она опускается на колени перед кроватью. – Алекс, это гениально.
Ладно, слушай. Ты поступаешь в юридический колледж, я иду в магистратуру, Джун становится спичрайтером и писательницей и голосом целого поколения типа Ребекки Трайстер или Роксаны Гей, я становлюсь специалистом по данным, который спасет мир, а ты…
– Становлюсь крутым защитником гражданских прав со славной карьерой, вторым Капитаном Америкой, растаптывая дискриминирующие законы в пух и прах и борясь за права обездоленных…
– А вы с Генри станете самой знаменитой геополитической парой во власти…
– А к тому времени, как мне стукнет столько же, как Рафаэлю Луне…
– Люди будут умолять тебя баллотироваться в сенат, – заканчивает Нора, задыхаясь.
– Да. Что ж, немного медленнее, чем ты планировал. Но все же.
– Ага, – произносит Алекс, нервно сглотнув. – Звучит неплохо.
Вот оно. Несколько месяцев он балансировал на грани того, чтобы забыть именно эту свою мечту, боясь ее, но облегчение просто поразительное. Словно гора свалилась у него с плеч.
