Англия пощадила его на целых две ночи, прежде чем ему необходимо возвращаться на родину для турне, в ходе которого он должен будет оценить свой собственный ущерб. И снова, как же им повезло, что Кэтрин вернулась в игру. Алекс сомневается, что в ином случае королева была бы так же великодушна.
Именно поэтому немного забавно, что комната Генри, стандартные покои для размещения королевских гостей, называются Спальней королевы.
– Она какая-то… слишком агрессивно розовая, нет? – сонно бормочет Генри.
И это правда.
Комната выполнена в федеральном стиле с розовыми стенами, розовыми коврами и постельным бельем, розовой обивкой на всем, начиная от стульев и дивана в гостиной, заканчивая балдахином на кровати.
Генри соглашается спать в этой комнате, а не в спальне Алекса, потому что «уважает его мать». Будто каждый, кто прикладывает руку к воспитанию Алекса, не прочитал в мельчайших подробностях о том, что они вытворяли, когда оказывались в одной постели. Алекс не страдает такими комплексами, поэтому он пробирается по коридору из своей Восточной спальни и наслаждается вялым ворчанием Генри.
Они просыпаются полуголыми в тепле собственных тел, пока первый осенний холодок прокрадывается снизу под кружевными занавесками. Низко мурлыкая себе под нос, Алекс прижимается всем телом к Генри под одеялом: спиной – к груди Генри, задницей…
– Черт подери. Привет, – бормочет Генри, дергая бедрами от прикосновения. Несмотря на то, что он не может увидеть лица Алекса, тот все равно улыбается.
– Доброе утро, – произносит Алекс и слегка ерзает задницей.
– Сколько времени?
– Семь тридцать две.
– Самолет через два часа.
Из груди Алекса вырывается тихий звук. Он поворачивается и обнаруживает заспанное лицо Генри с наполовину открытыми глазами.
– Уверен, что мне не следует ехать с тобой?
Генри качает головой, не поднимая ее с подушки. Это выглядит мило.
– Это не ты опустил всю монархию и свою семью в собственных письмах, которые прочел весь мир. Я должен разобраться со всем сам, прежде чем ты вернешься.
– Это справедливо, – отвечает Алекс. – Но уже скоро?
Губы Генри растягиваются в улыбке.
– Безусловно. Тебе предстоит фотосессия в качестве королевского бойфренда, подпись рождественских открыток… Ах да, интересно, заставят ли они тебя выпустить свою серию косметики, как Марту…
– Заткнись, – стонет Алекс, тыча его под ребра. – Ты чересчур этим наслаждаешься.
– Я наслаждаюсь этим достаточно, – возражает Генри.
