Алекс вспоминает, как изучал выражение ее лица в зеркале, когда они вместе чистили зубы утром их первого школьного дня, когда отец заплетал волосы Джун, потому что мама была в Вашингтоне и не могла сделать это сама.
Теперь он видит то же самое выражение. Тщательно скрытое разочарование.
– Прости, – предпринимает Алекс еще одну попытку. – Честно говоря, я чувствую себя полным дерьмом. Прошу, не сердись на меня.
Джун продолжает жевать, пристально глядя на щебечущую на экране Лесли Ноуп.
– Мы можем пообедать завтра, – в отчаянии произносит Алекс.
– Я все оплачу.
– Меня не волнует дурацкая еда, Алекс.
Он вздыхает.
– Тогда чего же ты от меня хочешь?
– Я хочу, чтобы ты не вел себя как мама, – отвечает Джун, наконец подняв на него глаза."
"Она закрывает контейнер с едой, поднимается с кровати и начинает расхаживать по комнате.
– Хорошо, – произносит Алекс, поднимая обе руки, – так в этом все дело?
– Я… – Джун делает глубокий вдох. – Нет. Мне не следовало так говорить.
– Нет, очевидно, именно это ты и имела в виду.
– Алекс бросает свою сумку на пол и входит в комнату сестры. – Почему бы тебе просто не высказать все вслух?
Джун поворачивается к нему, скрещивает руки на груди и прислоняется спиной к комоду.
– Ты действительно ничего не замечаешь? Ты совсем не спишь, постоянно во что-то ввязываешься, ты готов позволить маме себя использовать, как ей только захочется. Журналисты постоянно тебя преследуют…
– Джун, я всегда был таким, – мягко перебивает ее Алекс. – Я собираюсь стать политиком.
Ты всегда это знала. Я возьмусь за свою карьеру, как только закончу колледж… через месяц. Именно такой и будет моя жизнь, понимаешь? Я сам ее выбрал.
– Что ж, возможно, это неправильный выбор, – произносит Джун, прикусив губу.
Алекс пошатывается от столь неожиданного заявления.
– Это еще откуда взялось, черт возьми?
– Алекс, – обращается к нему сестра, – перестань.
Алекс не понимает, к чему клонит Джун.
– Ты ведь всегда поддерживала меня до этого момента.
Джун резко выбрасывает руку вперед.
Горшок с кактусом, стоящий на комоде, летит на пол. Затем она произносит:
– Потому что до этого момента ты не трахал принца чертовой Англии!
Этого оказывается достаточно, чтобы Алекс тут же закрыл рот. Пройдя в гостиную, он опускается в кресло перед камином.
Джун наблюдает за ним. Ее щеки пылают.
– Нора сказала тебе?
– Что? – переспрашивает она. – Нет. Она не поступила бы так. Хотя хреново, что ты поделился этим с ней, а не со мной.
