Тут же собрала весь мусор и выбросила в мусорку. «С глаз долой из сердца вон, – облегченно вздохнула она. – Ответа она не дождется и не до нее мне теперь. Мне надо о сыне думать». Последние, что заключилось в ее мозгу, было: «Да и не получала я никакого письма»."
"Галина, новая жена Феди Ананиади, сразу понесла. Муж смотрел на нее брезгливо. Ко всем ее недостаткам, она с каждым днем набирала все больше веса. За пять месяцев, она поправилась на десять килограммов. Однажды, он как бы между прочим, бросил ей в лицо, что она напоминает ему свинью.
Галина долго плакала. Свекровь утешала ее, как могла. Но и сыну боялась лишнее слово сказать, он все грозил уйти, вернее, уехать так, как уже разъезжал на новеньких «Жигулях», темно-бордового, как он хотел, цвета.
– Федя, – говорила в очередной раз мать, – ну пожалей ее. Она вынашивает твоего ребенка. Тебе столько лет, а детей еще нет. Сказал бы ей спасибо…
– Сказал бы я ей спасибо, – резко реагировал Федя. – Мне и без детей неплохо. Зачем дети? Их надо растить, учить.
А что я могу дать, если сам неуч. Ты же меня и не подумала учить после школы. А ведь у меня был талант оперного певца. С самим Карузо мог бы по соперничать.
– Карузо, – кто такой Карузо?
– Энрике Карузо был великим итальянским певцом, когда он пел, в зале люстры качались, – с пафосом блеснул своей эрудицией Федя.
– Почему?
– Почему-почему? – со злостью передразнил ее Федя. – Такой силы был его голос. Потому и качалась люстра.
Он раздраженно посмотрел на мать и встал.
– Пойду на пляж.
– Тебе ж еще рано на смену.
– Пойду прогуляюсь, искупаюсь, а там и смена подойдет.
– Может тебе подыскать другую работу, что-то уж очень мало они тебе платят, как спасателю на пляже.
– Ну, как тебе сказать? – снизошел до объяснения непонятливой матери, Федор. – Деньги небольшие, правильно. Но они мне обещали место учителя плавания на следующий год. Придется потерпеть. Я же десять лет проработал тренером. Так, что свою работу знаю и люблю.
Мать пожала плечами:
– Скоро ребенок родится.
Я тоже зарабатываю немного. Расходы на ребенка предстоят больше. Одна коляска приличная, стоит три твоих зарплаты.
– Ну что ж купим не совсем приличную.
– И простую коляску не купишь: в магазинах, ты знаешь, пусто. Надо переплачивать, чтоб достать ее.
Федя удрученно почесал голову.
– Да, – вдруг вспомнил он, – я просил тебя принести из твоей парикмахерской средство от выпадания волос, ты мне обещала. Я здесь уже полгода, а ты все несешь.
