Но жить и мучиться незачем! – бурно и часто восклицала она.
– Все так, но, как же детей оставить так просто? Их же надо кормить, одевать…
– Теперь пусть и прочувствует каково это без мужа!
– Нет, так не по-человечески, взять так и бросить, ни слова, ни полслова.
– Ну, хочешь, я напишу ей письмо, – не унималась тетушка."
"На мгновение мелькнуло в голове: а, может, и стоит, ведь он и сам думал просто написать жене… Но нет, так не пойдет. Не совсем же он подлец и свинья!
Тетка продолжала высказывать свои мысли по этому поводу упрямо и долго, стараясь заронить сомнение в сердце племянника, но пока ей это не совсем удавалось: хоть и с повинной головой, но Савва, наконец, засобирался домой.
Вот только когда-никак не мог решить. Такое положение длилось недели три, пока, в начале сентября, он принял окончательное решение – ехать!
Перед самым отъездом Савва был приглашен в гости в Молдовку, поселок чуть выше Адлера, по дороге в Красную Поляну. Там жила семья брата Костаса, Ивана Мавриди. У его жены, Фроси, был день рождения.
Савва собирался ехать один, но тетя Рая, узнав о таком событии, напросилась в сопровождающие.
– Сколько ж уже лет этой уродке Фросе? – как бы сама себя спросила тетка. – Ты даже, Савва, не представляешь, какая она и по молодости была страшненькая. Ну, вот поеду с тобой, посмотрю на нее. Единственно, что в ней есть, так это голос. Поет, за километр слышно, такая голосистая.
– За голос, видимо, Иван и полюбил ее, – Савва хотел смягчить категорическую характеристику несимпатичной жены двоюродного брата.
Ему не нравилось, когда тетя так говорила о ком-то, он сразу ставил себя на их место, памятуя, как тетка Рая когда-то, в его юные годы, не хотела его видеть из-за некрасивости. Может, и сейчас так считает, кто ее знает, хотя, вроде изменила мнение, называет его красавцем…
– Да уж прямо! Люди говорили, другие причины были жениться на такой носатой. Да, Бог с ней! – тетя Рая явно хотела, чтоб Савва расспросил подробнее, но он не стал углубляться в это дело.
Приехали они позже всех.
Савве пришлось ждать тетку с работы. Народ уже собрался: с Поляны приехал Костас с Марицей. Савву представили хозяйке дома. Грузная, широкая Фрося была и в самом деле не красавица. Лицо грубо скроено, нос широкий и большой. Крупные глаза и вялые объемные губы довершали портрет. За столом сидела еще одна пара, явно русские. Костас привез свое вино – знаменитую медовуху и гармошку для Саввы. Накрыли стол нарядно, расселись, выступили с веселыми тостами, выпили.
