– Молодец, ничего не скажешь, приеду, посмотрю, – деловито заявила тетка.
– Было б очень хорошо! Посмотришь на жену, дочек.
– Сына не хочешь?
– Хочу, конечно. Еще будут.
– Любишь, когда детей много?
– Как много? Четыре, пять. Пока сын не родится.
Выйдя на конечной остановке, они подошли к перекрестку.
– Ну, а сейчас куда?
– Здесь недалеко живет моя знакомая, Попандопуло Вера, зайдем к ней, может, она подскажет, где живет Костас.
Они ускорили шаг. Савва хотел быстрее встретится с братом, а тетя Рая хотела быстрее сесть и отдохнуть после изматывающей для нее поездки.
Дом Попандопуло был полуторатонный. На этой улице почти все дома были полутора или двухэтажные. «Вот это да! Надо же! Какие молодцы! Как, наверно, удобно!» – думал Савва. У них в городе были строгие ограничения на строительство дома. Ни метра больше в одноэтажном доме, не то, что два этажа.
«Эх, переехать бы сюда, и больше ничего мне не надо!» – мечтал он.
Подруга тетки накормила их.
– Еще неизвестно, дома ли Костас с женой окажутся, может на пасеке.
И будете ходить голодные. Негоже так. Так, что садитесь, – настоятельно приглашала хозяйка.
И в самом деле их не оказалось дома. Спасибо, сыновья, только что пришедшие со школы, побежали с его запиской к своим родителям. Младший семилетний Васька был копией красавца Костаса. А старший Семен был совсем не похожим на него. «Видимо, в мать» – решил Савва. Через сорок минут вернулись дети с известием, что родители идут, через десять минут появились и они.
Костас радостно протянул руки, пожал обеими руками, крепко обнял. Жена его обнимала тетю Раю. Когда братья, наконец, глянули опять друг другу в лицо, Савва увидел в глазах брата слезы радости. Выступили слезы и у него. Костас засуетился. Представил жене.
– Знакомься, это моя жена Марица. Я ей часто о тебе рассказывал. Ты, может, помнишь, мы несколько раз с тобой ездили сюда, в Поляну на пасеку к ее дяде. Она еще совсем девчушкой была.
Марица подошла с улыбкой, без тени смущения, пожала ему руку.
– Очень рады. Очень. Костас, постоянно о тебе вспоминал. Ты ему был и брат и друг и все! Так Костакис?
Тот уже обнимал тетю Раю, которая прослезилась, наблюдая за встречей братьев после столь долгой разлуки.
– Так, так, – закивал совершенно расчувствовавшийся Костас, – ну, пойдемте в дом. Собери что-нибудь на стол, Марица.
– Сейчас, через десять минут будет все готово, – прозвучал радостный голос жены.
