Однако, глянув друг на друга, не сговариваясь, они почти одновременно поднялись и распрощались с хозяевами. По пути к своим домам, они перебросились лишь парой слов.
* * *Поначалу Александр Власин утешал себя обычным явлением в семейной жизни, типа: поплачет жена, по переживает, и все пройдет само собой. Ведь жили они хорошо, он обеспечивал семью, давал возможность ей учиться. Про его проделки она не знала: очень умело у него было налажено это дело. Правда, еще в Осакаровке, однажды только жена спросила, правда ли, что он гуляет от нее.
И на его вопрос откуда у нее такие сведения, она ответила, что сообщил ей это один молодой семейный человек. Постольку Анастасия нигде не бывала, Власин быстро вычислил откуда ветер дул. Генерал, с кем она могла общаться, был холост. Кроме, как с кумом, Александриди, навряд ли Настя могла обсуждать такую тему с женатыми мужчинами. После небольшого нажима, она не подтвердила, что в самом деле об этом поведал ей Александриди, но отвела глаза, когда он назвал его имя. Понятно, он же не дурак и свою жену успел изрядно изучить.
Конечно, Власин был бы не Власиным, если б, как говорили в Осакаровке, «не отбрехался» перед женой, но на Александриди затаил злобу. И собирался разобраться с ним так, чтоб «грек этот паршивый» прочувствовал, что к чему.
И надо ж было случиться, как раз в этот период времени Савва попался с ворованной пшеницей! Власин даже не успел обдумать, как проучить доносчика, как он сам попался к нему со всеми потрохами. Вот почему, когда кума Ирини ходила к нему с просьбой помочь Савве избежать тюрьмы, он пообещал, но не подумал и пальцем шевельнуть.
А Генералу, который приходил следом за сестрой, так и сказал:
– Во-первых, уже поздно. А во-вторых, с какой стати я должен помочь человеку, который заложил меня моей же жене.
– Как заложил? – удивился Генерал.
– Твой родственник так праведен, что сообщил моей жене о моих грешных делах с чужими бабами. Так вот, раз сам вор, стало быть, нагрешил, пусть теперь посидит, подумает на досуге, что такое хорошо и, что такое плохо.
По гримасе, которая прошлась по лицу приятеля, Власин понял, как неприятно было тому такое услышать. Тем не менее Генерал миролюбиво предложил:
– Ладно тебе мстить, дай по роже и все. Кроме того, заплатим, как положено.
– Нет уж, по роже еще успеет. И деньги не помогут. Ты знаешь меня: когда ты просил за вашего проворовавшегося Илью Чикириди, я помог его отмазать. А, за этого не проси, – отрезал Власин. Вот так Савва и «загремел».
