Муж видел, что она устала, надо бы помочь, но дел и в самом деле было немало. К тому же с ними жил Ванька, вот пусть и помогает.
– Знаешь, как много мелких воришек развелось? – начал он как-то поздним вечером, как бы оправдываясь за свою занятость. – Тащут откуда могут и не могут. Только успевай за руку хватать. Вот недавно, гречонок один: украл полмешка пшеницы с «Заготзерно». Видишь ли, у них дома нечего есть. Так что ж теперь воровать у государства? Нет, шалишь, братец Василиади! И такой знаешь, крученный! Стрижет глазищами.
«За что, – говорит, – сажаете? У меня мать умирает!» – Александр нервно швырнул смятую бумажку. – У него мать умирает, а мне что делать?
Муж возбужденно ходил по комнате и, как бы сам себя в чем-то убеждал.
– Вообще ненавижу всех этих нацменов – греков, чеченцев, немцев (при последнем слове он бросил короткий взгляд на жену) и им подобных врагов народа.
Александр сел на стул, ожесточенно хлопнув ладонью по папке.
– А что такое «нацмены?» – тихо спросила жена, показывая глазами на ребенка, заснувшего на ее руках.
– Нацмены, это сокращенно от двух слов: «Национальные меньшинства», – ответил он ей также тихо.
– Не знала, – удивилась Настя. – А кто же большинство – русские, а может, украинцы или еще кто?
– Конечно русские, Настя, что за вопрос!
– А все остальные меньшинства?
Власин раздраженно посмотрел на жену, укладывающую сына в люльку. Наконец, она села напротив.
– Так считает руководство. А ты не согласна, что ли?
Настя пожала плечами:
– Не знаю.
Мне это не понятно… – она посмотрела на мужа, надеясь услышать более весомое объяснение, но тот явно был занят своими мыслями.
– Посмотри сюда, – он показал на бумаги, – видишь сколько людей за сегодня надо было оформить? – он выбрал один лист. – К примеру, достопочтенный Романчук Дмитрий, приехал к нам со станции Шокай, хочет работать в городе шофером. А вот этот, осакаровский, – он взял другой лист, – по фамилии Пигельцев, хочет, наоборот, распрощаться и, наподобие твоих родителей, податься на целину.
Видишь, жена, народу не сидится на месте, все б ему куда-то ехать. А мы, успевай, регистрируй их перемещения. А мне приходиться из Караганды мотаться по районам.
– Такая работа, – напомнила ему Настя.
– Н-да, детка, работка, – Александр удрученно покрутил головой, как – будто ему воротник теснил шею, – только успевай разворачиваться.
– Успокойся, Саша. Перестань! Сейчас такое время, народ целину поднимает.
