Иван следом за ним. Подул ветерок, трава у оврага зашевелилась, единственное высокое тополиное дерево заволновалось, шелестя серебряными листьями. Митька смотрел на дерево и размышлял. Собственно, поехать учиться в Караганду, он согласился в надежде видеть ее там. Здесь-то она жить все равно не будет. Митька потер грудь: всегда там что-то назойливо – больно жало, когда вспоминал ее. Что-то на него нашло, он отвернулся от другана, прикрыл глаза, представил ее лицо. Почему-то Анастасия никогда не смотрела прямо в лицо.
Он заметил, что и с другими она разговаривала, глядя чуть искоса, и на лице всегда играла полуулыбка.
– Это потому, – размышлял Харитон, – что у нее уж очень притягательные глаза, она их специально отводит, чтоб не смущать людей. Ему опять вспомнилась песня из кинофильма: «До чего ж ты хороша сероглазая, как нежна твоя душа понял сразу я!»
Вспомнилась последняя встреча у школьных ворот:
«Почему она так пристально посмотрела на меня?» Митька не на шутку задумался, морща лоб и кривя губы.
– Пацан, ты что оглох, что ли? – донеслось до него.
Митька недовольно обернулся:
– Ты чего, Ванька?
– Так, когда поедем на озеро? Слон тоже хочет знать: завтра или после завтра?
– Сказал же, сразу после экзамена.
– Что и домой не зайдем?
– Зачем время терять? Так мы и до вечера не дойдем туда.
– Еду с собой брать?
– А что там? Хлеб, да лук, да яйца. Что ты, как ребенок?
– А Генерал?
– Зайдет к двенадцати в школу.
Ванька удрученно шмыгнул носом. Митька немного удивившись, спросил:"
"– А что у тебя какие-то другие планы или предложения?
– Какие планы могут у меня быть… Да, Настасья, сеструха моя, приехала, хотела с нами на озеро, сказала давно не была, хочет скупнуться.
– Анастасия Андреевна? – Митька слегка покраснел. Даже имя ее он произносил по-особенному. Он бросил настороженный взгляд на друга. Кажется, не обратил внимания:
– Ну так бы и сказал… Что, и пацана своего хочет искупать? – спросил Харитон, чуть запнувшимся голосом.
«Опять слишком много говорю», – одернул мысленно себя Харитон. Встретился намеренно холодными непроницаемыми глазами с Ванькой.
– Нет, ему еще рано, оставит бабуле…
– Так, если с нами хочет идти, пусть подходит с Генералом к школе, мы сразу после экзамена подадимся туда, – Митька безразлично отвернулся. А у самого сладко заныло под ложечкой. Перспектива увидеть ее завтра, после последнего экзамена, так сказать, уже не будучи школьником, окрыляла его.
