Расслабиться!
– Это что? Не может подождать?
– Такие вещи не ждут. Тебя обкрадывают, Давид.
– Да ладно!
Усмехаюсь.
Кто там такой смертник? Или кто-то из новеньких? Возомнил себя, на хрен, гением? Больным надо быть на все десять рогов и копыт, чтоб не знать, какая расправа ждет тех, кто обманет или влезет в карман Багировым! Хреновый он выбрал способ самоубийства. Лучше бы застрелился сам. Или с моста с камнем!
– Азур Алиев. По всем твоим организациям. Я все три раза проверил. Давид! Там реальная брешь. Просто пиздец.
Касса вычищена на хрен. Подчистую.
– Я посмотрю. Оставь документы на столе.
– Давид.
– Разговор окончен, Рашид.
Надеваю наушники.
Забиваю новую обойму.
Но даже сквозь стрельбу слышу, как трещат челюсти.
Азур.
Самый старый из тех, на кого я привык полагаться. Самый проверенный. Весь бизнес в целом городе под его начало отдал.
Херачу по мишеням, а ярость накатывает волна за волной.
Я привык к тщательно проверенным людям. Крыс. Ненавижу! И в людях ни хрена не ошибаюсь!
Доверял ему почти не глядя!
Но и Рашиду не верить причин нет.
Не пришел бы он, если бы были хоть какие-то сомнения!
Блядь!
Отшвыриваю ружье.
Направляюсь в кабинет, даже не снимая снаряжения.
Так и усаживаюсь за бумаги.
Пиздец. Это полный пиздец.
Под чистой, привычной бухгалтерией вырисовывается совсем другая.
Выходит, тот, кому доверял, решил кинуть меня по полной программе!
Даже считать не хочу, сколько он себе присвоил! Разве это имеет значение? Да хоть копейку! Это смертная казнь! Тяжелая казнь!
Ярость ослепляет! А аппетиты Алиева вообще заставляют охренеть!
Я же только утром с ним разговаривал!
Да и вообще.
Часто с ним на связи!
Были бы какие-то проблемы, всегда мог приехать. Сказать мне лично! Допускаю. Мог ошибиться. Каждый может. Пытаться что-то прикрыть и как-то выйти из положения, не ставя меня в известность!
Но!
Это длится уже давно! И явно не похоже на ошибку!
Алиев серьезно засунул руку в мою казну! Да он ее почти опустошил по целому городу моего бизнеса!
– Рашид!
Блядь.
Что еще выяснять? К чему докапываться?
Все ясно, как белый день. Предательство налицо!
Неужели? Даже самых надежных и самых преданных так пожирает жадность? Алчность, между прочим, смертный грех! Потому что в живых я после такого не оставляю!
Просто. Отдать. Приказ.
Его вывезут. Дом и семью и землей сравняют. Популярно. Доходчиво. Срезая сантиметр за сантиметром объяснят, что такое верность.
Но…
С какого-то хера рука не поднимается.
