Судя по адресу — жилой дом, где-то на Юго-Западе… Кто же ты, неведомый благодетель? Покажись!
— Ты можешь объяснить, что происходит? — не выдержала Вероника. — Что мы ищем?
— Пирожные, которые испек второй участник шоу, Корсаков, тоже оказались отравленными, — доложил Тимофей.
Вероника охнула:
— А снеговик?
— Снеговик — нет. А Загорцев признался, что он и Корсаков использовали одну и ту же муку. В которую ничего не стоило подсыпать белый порошок — антисептик. Причем использовали они не ту муку, что была на кухне, а принесенную со стороны.
По правилам шоу участники не имеют права приносить свои продукты. И возможности такой тоже не имеют, приходят с пустыми руками. То есть муку доставили контрабандой. Загорцев меня уверял, что принесли ее для Корсакова. Но, судя по тому, что мы сейчас наблюдаем, это неправда. Мука предназначалась ему. А по адресу доставки мы сейчас определим владельца жилья. С очень высокой долей вероятности — сотрудника студии.
— Коновалова Нина Ивановна, — прочитала Вероника на экране.
Тимофей кивнул. Посмотрел на нее. Вероника пожала плечами:
— Ни о чем не говорит. Но список сотрудников у тебя точно есть, я отправляла.
Тимофей кивнул. В несколько кликов нашел нужный документ. Коноваловой Нины Ивановны в нем не оказалось. В нем вообще не оказалось Нин. Вероника нахмурилась:
— И что это значит?
Тимофей посмотрел укоризненно:
— Слушай, ну элементарно. Жилье ведь далеко не всегда принадлежит человеку, который там живет. Это может быть съемная квартира.
Она может принадлежать каким-то родственникам или знакомым… В общем, пока ты дотуда не доедешь, не узнаешь.
— Нет, — категорически объявила Вероника. — Я устала как собака. И ночь на дворе. Мне сейчас элементарно дверь никто не откроет! Нормальные люди спят давно.
Тимофей посмотрел на часы в углу монитора — половина второго. Вздохнул. Решил:
— Да, ты права. Могут и в самом деле не открыть. Придется ждать до утра.
— Ты ж мой заботливый, — восхитилась Вероника. — Молиться на такого начальника! — Встала и категорически объявила: — Я в душ, потом спать.
И только попробуй разбудить меня раньше, чем в восемь! Я тебя твоим же гамаком удавлю, клянусь.
33
Тимофей сидел за столом, внимательно разглядывая добытые Вероникой фотографии. Всего фотографий было пять, на трех из них, в общем-то, ничего предосудительного. Ильичев и неизвестная девушка сидели за столиком в ресторане. Вряд ли такое уж редкое явление для Ильичева, человека общительного.
