Я сперва решила, что он… — Агния хихикнула. — Ну, сама понимаешь. Тайная влюбленность, все дела. Мужики сейчас такие, что чего угодно можно ожидать. А Загорцев, оказывается, вон что… Ты сережку-то будешь искать?
— Какую… Ах да! — спохватилась Вероника. Они, как выяснилось, уже пришли в студию. Так увлеклась разговором с Агнией, что не заметила. — Конечно буду. Значит, сидели мы вон там…
Вероника приняла сосредоточенный вид и направилась к креслу, в котором сидела вчера.
Заглянула под него, потом, наклонившись, медленно пошла между рядами — делая вид, что рассматривает пол.
Она мучительно соображала, о чем еще надо спросить Агнию.
Фотографировал. Надо же…
— Что-то потеряли, девушка?
— Ой! — Вероника выпрямилась.
И поняла, что едва не воткнулась лбом во вчерашнего полицейского. Не капитана Долинина, а другого — молодого, который ей подмигивал. Он и сейчас смотрел на нее, широко улыбаясь.
— Да, — призвав все смущение, на которое была способна, пролепетала Вероника. — Представляете, сережку потеряла! Мамин подарок.
Убьет, если не найду.
— Представляю, — кивнул полицейский. — Ужасная потеря. Обязательно надо найти, — и залыбился еще шире. — Вам помочь?
— Да не надо, я сама. Вы же тут по делу, наверное?
— Какие могут быть дела, когда такая девушка в опасности? — Парень приподнял ближайшее кресло, заглянул под него. — Первый долг полиции — помогать населению! На кухне искали? — Он деловито кивнул в сторону перегородки. — Вы же вчера вроде везде тут успели побывать?
Вероника покраснела. Буркнула:
— Подумаешь! Я на кухне и минуты не пробыла.
Правда, Агния? — обернулась к возлюбленной Вована за поддержкой.
А та вдруг побледнела. Пробормотала:
— Что?
— Ну, я на кухню зашла — совсем ненадолго, скажи? Зашла и тут же вышла.
— Я… не помню, — пробормотала Агния. — Меня и самой-то на кухне не было, кажется…
— Как это не было? — удивилась Вероника. — Ты еще спросила, что я там делаю. И сказала, что не знаешь, куда делись пирожные.
— Да?.. Ну, может, и была. Такой дурдом творился, все носились, как ошпаренные…
— Глицин, — сказал полицейский.
— Что? — удивилась Агния.
— Таблетки такие есть, для улучшения памяти. Называются «глицин». Бабушке моей недавно доктор выписал, я за ними в аптеку ходил. Бабушке восемьдесят четыре года, правда…
Агния гневно вспыхнула. Процедила сквозь зубы:
— Удачи вам в поисках, — и, цокая каблуками, направилась за кулисы.
— Колян, твою мать! — донеслось до Вероники. — Ровнее держи!
Она и полицейский обернулись одновременно.
