– Правда? – улыбка вышла жалкой и глупой от счастья.
– Правда. С условием, что вы пока сохраните отношения в тайне. Хотя бы пару-тройку месяцев."
"– Вася, Васенька! – забормотала я, вскочила, обняла ее со спины, поцеловала в щеку. – Спасибо! Сестричка моя любимая, дорогая, добрая!!!
Она гладила меня по рукам и вздыхала. Повернула голову, и я с удивлением увидела, что она краснеет.
– Мариш, – волнуясь, проговорила моя лучшая в мире сестра, – в связи с этим я хотела обсудить с тобой очень серьезный вопрос. Мир аристократии не очень добр к тем, кто имеет детей вне брака, а вы оба довольно безрассудны.
Ваша связь – это твой выбор, но если ты забеременеешь, мне не останется ничего, кроме как срочно выдать тебя за Дармоншира замуж. И срочность эта обязательно породит сплетни, и ваш ребенок всегда будет слышать пересуды о том, что он зачат вне брака.
Я захихикала ей в макушку – так деликатно и витиевато она вещала и убеждала меня.
– Не смейся, – строго сказала она, и я сделала серьезное лицо, – это очень важно.
Я позволила себе запросить у Зигфрида противозачаточный амулет. Серьгу. И никуда тебя не отпущу, пока ты не наденешь ее.
– Вась, – проникновенно протянула я и еще крепче обняла ее. – Я уже неделю думаю, как их раздобыть, Васенька. В магазин-то мне не выехать. Уже решила идти шантажировать Тандаджи или отвлекать Кляйншвитцера и устраивать кражу. Не могла же я просить Марию! И к тебе не могла обратиться. Так что давай серьгу, мамочка.
Она с облегчением протянула мне простой гвоздик – самый обычный, неприметный, и я быстро вставила его в дырку в верхней части уха.
– Я предупредила Зигфрида, что тебе открыт телепорт, Марина.
Я улыбалась, с любовью глядя на нее. На самом деле я собиралась озадачить Люка: вшитая капсула это хорошо, но рекомендовалось предохраняться обоим партнерам, чтобы избежать сбоев. Хотя очень-очень редко, но бывало, что и при таких предосторожностях появлялись дети.
– Васюш, – надеюсь, мой тон был достаточно жалобным. – Если уж у тебя день прощения твоей бестолковой сестры, может, ты и с Катей мне разрешишь видеться? Ну, пожалуйста… Она сейчас в монастыре с детьми, темные на святой земле даже при всем желании неопасны.
А она меня и так бы не тронула. Ты просто не представляешь, какая у нее жизнь была! Как я нужна ей!
Василина хмурилась, но я уже знала, чувствовала, что она согласится, и мурчала ей в ухо, какая она сегодня хорошая и отзывчивая, пока она не рассмеялась.
– Ну? – нетерпеливо потрясла я ее за плечи.
