И кое-чем пониже, прекрасно очерченным – чего не смог полностью скрыть узкий предмет одежды.
После горячего душа, пяти выкуренных сигарет и обильного завтрака, который его светлость потребовал повторить, Люк наконец-то примирился с реальностью и перестал ежеминутно поглядывать в зеркало, чтобы проверить, не покрывается ли он чешуей. Еще две чашки кофе и пару сигарет спустя он уже пришел в себя настолько, что спустился в кабинет, приказав подать ему второй завтрак туда, открыл ежедневник и аккуратно, по пунктам записал все, что запомнил.
И решил, что ему очень надо поговорить с Байдеком. Марина обмолвилась, что тот начал оборачиваться после того, как выпил кровь ее сестры.
В свете этого предположение, что кровь Марины усилила гены первопредка, передававшиеся через Дармонширов, не казалось фантастическим. И, значит, его смутные подозрения беспочвенны, и все странности – следствие удачного набора генов и катализатора по имени Марина?
Он подумал, подумал – и все же вписал в планы пункт «Сделать тест на отцовство».
И с удовлетворением снова закурил.
Мозг в человеческой ипостаси работал, как нужно, приглушая требования плоти, и на удивление не было ни шока, ни паники, нормальных после таких открытий. Люк чувствовал себя очень живым. Настоящим. И с удовольствием открыл окно, вдыхая туманный запах влажного ветра и ощущая желание опять прыгнуть в молочную дымку, и снова и снова перебирал случившееся, вспоминая детали, отмечая, что ещё нужно сделать.
И пусть дворецкий поглядывал на него с беспокойством, явно прикидывая, не стоит ли позвать санитаров, и пусть старина Жак Леймин, которому охрана сообщила о выломанном окне, осмотрел спальню и хмыкнул недоверчиво, пробурчав – «что ж это за ветер, что вынес раму, но оставил все вещи на местах».
Майки Доулсон исправно доносил хозяину слухи, множащиеся и обрастающие подробностями среди слуг. Люди сами придумают объяснение, не надо только им мешать. И Люк с чистым сердцем воспользовался одной из версий и пояснил Леймину, что ничего не помнит – мол, проснулся и обнаружил себя в парке.
– На камерах наблюдения вас нет, – мрачно сказал старый безопасник. – Как вы прошли к выходу?
– Может, я по стене спустился? – беззаботно откликнулся Люк.
Леймин открыл окно кабинета, посмотрел на шершавую крупную кладку стены.
– С высоты пятого этажа, ваша светлость? Во сне?
– Жак, – проникновенно проговорил лорд Лукас, – я честно говорю, что понятия не имею, как там очутился. Поэтому можно предположить любую чушь.
