Ты помнишь? – она посмотрела на меня, а потом на кучку волос, которая убывала очень медленно. Свое любимое дело я делала как из-под палки, хотя именно так все и было.
Плюсом было то, что Кали не пришла за моей одеждой, в которой мне пришлось гулять по городу, и я очень надеялась, что о ней забудут. Мешочек с сухарями перекочевал из дома в кусты. Я туго привязала его между ветками с густой зеленью. Если они не стригут ветки, то никто и не подумает туда залезть.
Крита смогла утащить небольшой железный котелок, в котором достаточно было бы заварить чай на четверых.
Заварки, да и вообще какой-то сухой травы у нас не было. Но это второе дело. Главное – придумать бы, в чем брать с собой воду. Я видела у мужчин-возниц кожаные штуки, навроде мешка с тонким горлышком. Они пили из них. Воду или нет - это без разницы, а вот где такой взять – огромный вопрос.
Лафат пришел быстро. Похоже, у него было что-то важное, раз ему не терпелось увидеться со мной. Лишь бы только не что-нибудь плохое!
— Мали, - его голос, такой спокойный и уверенный, не шепот, а именно тихий низкий голос действовал на меня успокаивающе.
Мне казалось, что он уверен в хорошем исходе, да и знает много. Так что, все должно получиться.
— Да, Лафат, это я.
— Ты была в городе? Парамай сказал, что Фалея возила тебя в город, и ты привезла девочку с моих земель. Говорят, ты будешь с ней что-то делать, - я ошиблась. Он был встревожен и даже зол.
— Нет, она нужна из-за ее волос… Я хочу забрать ее с собой, Лафат. Их было четверо, но я могла забрать только одну, - с искренней горечью сказала я.
– Я не наврежу ей.
— На рынке продают наших девочек? – он был несколько не уверен.
— Да. Там есть другие, но я увидела ее. Она похожа на тебя. Точно с твоих земель.
— Не может быть. Я не поверил Парамаю, но он сказал, что сам видел ее. Дети не переходят пустыню. Как она оказалась здесь?
— Я не знаю. Мне нельзя было ничего говорить, Лафат.
Я слышала, как часто он дышал, как смирялся с чем-то, чего я еще не знала или не понимала. Я видела там девочек и мальчиков.
Ее ровесников. Они были в основной массе светлокожими, или почти белокожими, как Палия. Но эти были только у того мужчины.
— Значит, край моих земель захвачен, и их привезли прямо оттуда, - я понимала его печаль, но боялась, что из-за этого он все отменит, или вовсе, убежит один без каких-либо шансов.
— Лафат. Как только мы выберемся отсюда, мы все узнаем, и я обещаю, что помогу всем, чем я смогу. После того, как мы будем в безопасности, Лафат.
