— Показано все то, что делает вашу супругу счастливой, — сказал он весомо, откладывая сканер. — И супружеская жизнь тоже. Но, как вы понимаете, без фанатизма.
— Понятно. Без фанатизма, — подтвердил Люк с каменным лицом.
— Никакого фанатизма, — строго вторила я.
— Так как ее светлость беременна двойней, после шестого месяца желательно воздерживаться, чтобы не спровоцировать преждевременные роды, — продолжал доктор, не обращая внимания на наши реплики. — Но до тех пор, естественно, при условии постоянного наблюдения, никаких противопоказаний нет.
И еще раз повторю: полноценный сон, полноценное питание.
— Вот им мы сейчас и займемся, — проговорил Люк, взглянув на часы. — Благодарю, доктор. И за внимание к моей супруге, и за то, что вы взяли на себя лазарет. Это тяжело.
Доктор Кастер потер очки платком и снова надел на нос."
"— Тяжело. Но у меня никогда еще не было столь важной работы, ваша светлость. И прямо сейчас я тоже собираюсь заняться ею.
— Ну, тогда не будем вам мешать, — благодушно проговорил мой муж, поднимаясь и помогая мне встать.
— Вы и есть моя работа, — проворчал доктор Лео, покачав головой от нашей бестолковости. — Ложитесь, господин герцог, я обязан вас осмотреть вместе с виталистом. Сейчас сюда подойдет Энтери, а мы пока измерим температуру… и давление… и возьмем кровь на анализы. И ответите мне на пару… десятков вопросов о вашем самочувствии, раз мы имеем уникальный случай восстановления конечностей и кожных покровов.
Люк мученически взглянул на меня.
— Увы, но доктор тут главный, — сказала я с глубочайшим ироничным сочувствием и приглашающе махнула рукой, указывая на койку.
— Ложитесь, милорд.
Он усмехнулся, обжег меня взглядом, словно напоминая, куда и с кем он лучше бы лег, и смиренно опустился на мое место, а я пристроилась на стуле в уголочке. Терпеливо перенес все манипуляции, с удовольствием пообщался с доктором:
— Нет, доктор, сейчас эта нога вообще не болит. Да и неплохо, если честно, что старую оторвало. Она была несчастливая — знали бы вы, сколько раз я ее ломал.
Пошутил и с Энтери — тот посмеивался, сканируя моего мужа, мы с доктором улыбались.
— Ты здоров, как и вчера. Что касается слабости, то я помню, как тело отказывалось меня слушаться после того, как я освободился из горы, — сказал Люку дракон после осмотра. — Я был в анабиозе и неподвижности, это разладило взаимодействие разума и тела. И у тебя было что-то подобное?
— И у меня, — подтвердил муж, поморщившись, словно от застарелой боли.
