– Я предлагаю, купив пяток телег, переодеться крестьянами и, проехав в Дозенвиль, официально объявиться там перед городской ратушей, как и предлагал Гюнтер до боя, – предложил Федор.
– Гм, простите, сэр рыцарь, мы ребята не гордые, если надо, и тряпье наденем, а как вы?
– Все то же самое надену, чтобы не выделяться. Можно военную форму и оружие на дно телег спрятать, а вас, принцесса, нарядить селянкой, – предложил Федор. – И еще двух-трех гвардейцев посмазливей подберите, женщинами нарядим, пусть семейные пары изображают.
– Я не против, могу в селянку переодеться, но когда к ратуше подъедем, кто нас, голодранцев в лохмотьях, слушать будет? – спросила Виола.
– Перед приходом в ратушу переоденемся, по городу строем пройдемся. И все увидят, что мы гвардия и охраняем принцессу, – вставил слово Гюнтер.
– А в городе где остановимся? – поинтересовался Федор.
– В Дозенвиле есть постоялый двор «Сивая кобыла». Ее владелец мой старый приятель, болтать лишнего не будет.
А чтобы не привлекать лишнего внимания, в город заедем так, как будто друг с другом не знакомы и в разное время, но весь двор наймем под себя.
– Хорошо. Лишнее мое барахло утопите, но два платья оставьте, я же должна соответствующее впечатление произвести, когда обрадую бургомистра своим появлением. И сэру Федору гражданскую одежду прикупите поприличнее, пусть выглядит как обычный торговец.
– Это разумно, – похвалил девушку рыцарь.
– А что с каретой делать? – полюбопытствовала принцесса.
– Карету придется полностью разобрать и везти в телеге, слишком у нее колеса красивые, – предложил Гюнтер.
– Разбирайте, – согласилась Виола, – а деньги на покупку всего необходимого опять возьмите из моего приданого…
Через два дня по дороге в Дозенвиль ехали пять крестьянских телег, груженных сеном, яблоками и какими-то дровами. На телегах сидели селянки, прижимавшиеся к возничим, а несколько крестьян, одетых победнее, грустно плелись в отдалении, очевидно не имея денег на проезд.
Вся эта процессия не торопясь приблизилась к городским воротам.
– Кто такие? – спросил один из копейщиков, стоявших у ворот.
– Да местные мы, товар на рынок привезли.
– А, это ты, Терентий, – узнал стражник одного из крестьян, которого Гюнтер за большие деньги специально нанял для этой цели, – проезжай."
"И телеги, тихонько поскрипывая плохо смазанными колесами, въехали в город.
