Мы с королём накрепко привязали коней в разных концах рощи, потом жадно напились, опустившись коленями в траву, а потом я упала на спину, раскинув руки и ноги, и бездумно глядя в синее небо, которое просвечивало сквозь листву."
"– Чудесные скачки, – заворчал Рихард. – Ладно, кони взбесились, но ты-то какого чёрта помчался за Винголетом? Ты совсем дурак, если решил останавливать коня на обрыве?
– Пожалел, – огрызнулась я, продолжая смотреть в небо. – Конь хороший, только дураку достался.
– Че-его? – прорычал Рихард и в одну секунду сгрёб меня за камзол, подтянув к себе.
Совсем некстати я вспомнила, что точно так же близко видела его величество в шатре, когда получила второй засос. Сейчас я даже ощущала дыхание короля на губах. Теперь он дышал тяжело, прерывисто – совсем как я перед началом скачек. И глаза были страшными – словно он мчался к обрыву, потеряв способность здраво размышлять.
– Ты – избалованный щенок… – начал король, подтягивая меня всё ближе к себе. – Ты у меня как кость в горле… Тебе жить совсем надоело? Коня ты пожалел, а себя не пожалел?!
Я чуть откинула голову, чтобы мы с его величеством не уткнулись друг в друга носами, но королевская борода защекотала мой подбородок.
Тут самое время было ударить лбом в лоб или пихануть дракона кулаком в живот, но я не сделала ни того, ни другого, а преспокойно продолжала висеть в руках короля, как соломенная кукла.
Наверное, сказались страх и усталость после происшествия на обрыве, поэтому больше ни на что не осталось сил.
А может, всё дело было в том, что грозные слова короля прозвучали совсем не грозно…
– Конь хороший, – сказала я, подумала немного и добавила: – Может, отпустите, ваше величество?
– Может, лучше шею тебе свернуть? – прорычал он, встряхнув меня пару раз.
– Если сейчас свернёте, то зачем спасали? – вполне резонно спросила я.
– Кто сказал, что спасал? – король встряхнул меня снова и притянул ещё ближе, так что теперь мне пришлось отвернуться, и моя щека почти соприкасалась с его щекой.
Скосив глаза, я посмотрела на его руки.
– У вас кровь на руках, – я старалась говорить как можно хладнокровнее, но получалось плохо.
Потому что оставаться хладнокровной рядом с этим существом было совершенно невозможно. Его тяжёлое дыханье обжигало кожу, и даже закрыв глаза я чувствовала его взгляд – жаркий, жадный, от которого кровь закипала.
– По-моему, вы поранились, когда удерживали моего коня, – продолжала я.
