Я всегда пропускал сеансы психологической помощи, которые мне предлагали, опасаясь, что на них могут затронуть тему моего детства, а вместе с ней и моих биологических родителей, предпочитая психотерапии бутылку виски. Но теперь мне было нечего терять, поэтому я кивнул и жестом пригласил Муди в квартиру.
Тогда я не знал, что эти пятнадцать минут превратятся в долгие шесть часов. На следующий день еще в четыре. Затем в три с половиной, в три… И в конечном счете превратятся в спасательную шлюпку.
Глава 45
Мэдди
Месяц спустя
Панорама величественных гор Колорадо была захватывающей.
Но в то же время я не могла представить себе ничего более устрашающего. Здесь, на высоте, ветер был сильнее. Пространство вокруг выглядело чистым и безупречным, как в первый день сотворения мира. Белоснежные склоны гор, усеянные толпами лыжников в ярких одеждах, издалека напоминали ванильное мороженое с разноцветной посыпкой. Роки были домом моего сердца. Они отняли у меня маму, но ее прекрасная душа все еще жила здесь.
Ее присутствие, словно теплое одеяло, окутывало мои плечи.
Сняв перчатку, я вытерла слезы, которые без остановки катились по обветренным щекам, и вздрогнула, когда услышала скрип автомобильных шин по снегу. Обернувшись, я увидела, как красный полутонный пикап отца въезжает на вершину холма и останавливается рядом с моей «Хондой Цивик». Водительская дверь открылась и из нее вышел…
– Рид? – удивленно выдохнула я.
Харди медленно направился ко мне и, когда оказался достаточно близко, крепко обнял меня.
Влюбленное сердце затрепетало в груди и пустилось вскачь, словно лошадь на ипподроме, когда поднимают шлагбаум.
– Что ты здесь делаешь? – сдавленно спросила я.
– Мне понадобилось время, чтобы взглянуть на некоторые вещи по-другому и наконец понять, что в этой жизни действительно для меня важно. – Его огромная ладонь легла на мою шапку, сильнее прижимая меня к нему. – Я сделал это, и поэтому я здесь. Рядом с тобой.
Счастье расцвело в моей душе, как пустыня, пробуждающаяся к жизни после длительнейшей засухи.
– Рид…
– Да? – спросил он, все еще сжимая меня в медвежьих объятиях.
– Я не могу дышать.
Харди рассмеялся, ослабляя захват, и, опустив голову, встретился со мной взглядом, в котором горел огонь, способный растопить весь снег на мили вокруг.
– Прости. Никак не привыкну к твоему крошечному росту. – Он протянул руку и смахнул снежинки с моих волос. – Ты подстриглась.
– И начала новую жизнь.
