Остальное, говорят, можешь себе забрать, а у меня-то и была всего пятерка!
– Постой, парень, ученая твоя голова, – сказал Гена и аккуратно пристроил свою чашечку на стойку, – постой, не части! А кто звонил тебе? Когда? Как назвался?
– Назвался Владом, сказал, чтобы я деньги гнал, которые на их территории намылил. Нечестным путем намылил, а делиться не хочу. Звонили первый раз дня… три назад, а потом стали уже без конца звонить. Сказали, или деньги, или тащи ворованное, мы надежным людям продадим, а тебя в долю возьмем.
А не принесешь, так мы тебя… того…
Олег переглянулся с Геной. Виктория слушала рассказ восторженно, а Федор все никак не мог понять, из-за чего ее восторг. Ему казалось, что, если его сию секунду пристрелить, как собаку, – вот это будет правильно!
– Денег, то есть еще десяти штук, у тебя не было.
– Не было.
– И ты решил забрать коллекцию. Ну, чтобы отдать Хорьку, Совку и… как его, последнего?..
– Влад, – подсказал Гена.
– …да, и Владу. Ты отдаешь им коллекцию, они берут тебя в долю и впаривают ее своим людям.
А пятерку, полученную у Василия Дмитриевича, ты им уже отдал. Замечательно!
– А что мне было делать?! Хорошо вам говорить! У вас вон… охрана! И этот в подъезде стоит!.. И шлагбаум, и машина! А мне как?!
– А тебе головой надо соображать! Если ты не врешь, конечно!
– Олег! – опять укоризненно воскликнула Виктория.
– Да не врет он, Олег Петрович, – пробурчал Гена, и Олег посмотрел на него. Гена взгляда не отвел. – Скорее всего, не врет.
– Вот именно, что скорее всего.
– Хозяин дома бросил свою вилку, поднялся и достал из резного шкафа маленькую чашечку и маленький странный, похоже, чугунный чайничек. И еще какие-то то ли листья, то ли цветы в стеклянной банке. – Только Василия Дмитриевича убили, а так, может, и не врет!
Он поколдовал над банкой, понюхал цветы или листья. Должно быть, пахли они очень хорошо, потому что от удовольствия он даже глаза прикрыл.
– Ну, рассказывай дальше, парень.
– Я сначала хотел попросить денег у… ну, в общем, у одного человека, десять тысяч, чтобы им отдать.
– У тебя богатые знакомые, – заметил Олег Петрович.
– А потом решил не просить, потому что он все равно бы не дал.
– Я бы тоже не дал, – заметил Олег Петрович.
– И тогда я попросил его помочь мне вернуть коллекцию. А он сказал, чтобы… я шел к черту.
– Я бы тоже так сказал, – заметил Олег Петрович.
Федор застонал, поднялся со стула, оперся руками о стойку, наклонился вперед и несколько раз с силой стукнулся головой о столешницу.
