Теперь, когда она рассказала ему все, как он мог ей не поверить? Было бы абсурдно считать, что он действительно арестовал ее, но Леонард не мог полностью отбросить эту возможность, поскольку с окончательными выводами следовало подождать до завтра. Но, скорее всего, капитан просто осторожничает, желая досконально разобраться во всем, и в этом он прав.
Леонард предпочитал думать, что капитан поверил Алане и защищает ее, не спуская с девушки глаз.
Глава двадцать первая
Алана поняла, что этот Кристоф Бекер – настоящий хамелеон, способный менять окраску прямо на глазах.
Ей не слишком нравился надменный капитан, в обществе которого она провела почти весь день. Он был не так доброжелателен, каким обещал быть. Он доводил ее до такого состояния, что ей кричать хотелось. Но он защищал Алану, и она не думала, что он примется пугать ее снова… по крайней мере, надеялась на это. И пока он сохраняет вежливый тон в обращении, с ним можно иметь дело.
Он не нравился ей в роли обольстителя.
И он всячески старался вывести ее из равновесия. В его присутствии даже думать не получалось.
Зато ей понравился тот очаровательный красавец, которого она впервые встретила в дворцовой приемной. Может быть, даже слишком сильно понравился. Но он исчез… и, возможно, никогда больше не вернется.
А тот, который остался, этот грубый горный дикарь, нравился ей меньше всего. Он оскорблял ее, шокировал, обращался с ней как с женщиной легкого поведения, а не как с леди. Развалился тут, забросив ноги на стол, и ждет, что она сядет ему на колени, чтобы его потешить.
Господи боже, как он ее бесит!
Алана не сумела скрыть презрения в тоне, когда произнесла:
– Я допускаю, что лубинийские аристократы совсем не те джентльмены, к которым я привыкла, но разве обязательно быть настолько вульгарным?
– Если ты пытаешься оскорбить меня, девочка, то придумай что-нибудь получше.
– Вы грубый варвар, и, надеюсь, у вас хватает ума, чтобы понимать это. Вам нравится проявлять свои худшие качества.
Вы даже не пытаетесь исправиться.
В ответ он рассмеялся и вальяжно заложил руки за голову. Такой расслабленный, такой простой, такой неописуемо красивый! Она закрыла глаза и досчитала до десяти.
– Думаешь о моей постели?
– Вот еще! – воскликнула она, поспешно открывая глаза.
– Я разочарован.
Но в его голосе не прозвучало разочарования. Только игривость.
Она сдержанно обронила:"
"– Полагаю, сегодня я уже достаточно вас развлекла.
