Мне совершенно все равно. А теперь, если не возражаешь, я пойду смотреть на волков – это занятие я нахожу куда более приятным, чем слушать тебя.
Проходя мимо соперницы, Алана была почти уверена, что та попытается ее задержать, чтобы дать настоящий отпор. Алану бесило, что ее угораздило вмешаться в конфликт между двумя влюбленными. Это стало для нее полной неожиданностью. Но Кристоф, конечно, не признается, что использовал ее лишь для того, чтобы заставить избранницу ревновать. И то, что Надя так быстро поняла это, говорит лишь о том, что он не впервые проделывает нечто подобное.
Увидев Кристофа за домом, Алана уставилась на него негодующим взглядом. Он находился достаточно близко, чтобы почувствовать его на себе и оглянуться. Широко улыбнувшись, он приблизился, взял ее за руку и, ведя по выметенной дорожке, поинтересовался:
– Заблудилась?
– Нет, я умею ориентироваться.
– Тогда…
– Тебе следовало найти способ осадить эту мегеру. Крайне неприятная особа.
– Надя снова говорила с тобой?
– Да, она посчитала необходимым известить меня о вашей будущей свадьбе.
– Она может надеяться на что угодно, но этому не бывать, а тебя это вообще не касается.
– Разве? А она, похоже, думает иначе, поскольку несколько минут назад попыталась отвесить мне пощечину. Ей повезло, что я не сломала ее чертов нос одним ударом!
Кристоф откинулся назад и захохотал.
– Пожалуй, мне следует кое-что объяснить.
– Да, не мешало бы, – процедила она.
– Будучи соседями, мы выросли вместе.
Одно время она была моей лучшей подругой. Но все закончилось давным-давно, когда она стала той, какой ты увидела ее сегодня: злобной мегерой, как ты ее назвала. Когда-то я подумывал жениться на ней, но тогда я был мальчиком, а она еще не успела превратиться в скандалистку.
Алана покраснела, кляня себя за доверчивость.
– Так она не твоя любовница?
– Нет, и никогда не была ею. Кроме неприязни, между нами ничего не осталось. Она постоянно требует, чтобы я на ней женился.
Даже пытается обольстить. Но ее ловушки настолько очевидны! Я не такой дурак, чтобы попасться на удочку и дать ей возможность броситься к отцу, причитая, что ее обесчестили. А теперь пойдем и прогоним неприятный осадок с помощью волчатинок.
– Волчатины? Ты убил одного из отцовских любимцев? – Мысль об этом ужаснула Алану.
Кристоф закатил глаза.
– Я имею в виду не волчатину, а волчат!
– А, малышей! – воскликнула она со смехом.
