— Проблема в том, что, по-моему, я ничтожество, — сказал Гиллель.
— Да что ты такое говоришь?
— У меня же ничего не получается. Я не могу сосредоточиться. Да даже если бы и хотел, у меня не выйдет. Я ничего не понимаю на уроках, я совершенно запутался!
— Как это ты «ничего не понимаешь»? Гиллель, в конце-то концов, ты же такой умный мальчик! Ты должен постараться, у тебя все получится.
— Я постараюсь, обещаю, — ответил Гиллель.
Тетя Анита и дядя Сол захотели встретиться с директором Бардоном.
— Возможно, Гиллелю и скучно на уроках, — сказал Бардон, — но главное то, что Гиллель — нытик и не терпит, когда ему перечат! Начал ходить в театральную студию и вдруг раз, и все бросил.
— Бросил, потому что вы цензурировали пьесу…
— Цензурировал? Пфф! Дорогой мистер Гольдман, яблочко от яблоньки недалеко падает, вы рассуждаете прямо как ваш сын. Стейнбек или кто другой, но брани в школьном спектакле не место. Конечно, не вам же потом разбираться с родителями учеников. Просто Гиллелю надо было подобрать более подходящую пьесу! Кому это в четырнадцать лет взбредет в голову ставить Стейнбека?
— Возможно, Гиллель несколько опережает свой возраст, — предположила тетя Анита.
— Да-да-да, конечно, — вздохнул Бардон, — знаю я эти песни: «Мой сын такой умный, что все считают его тупицей». Я их с утра до вечера выслушиваю, знаете ли. «Мой сын такой особенный, бла-бла-бла», «он нуждается в особом внимании, бла-бла-бла». У нас государственная школа, мистер и миссис Гольдман, а в государственной школе требования ко всем одинаковы.
Мы не можем устанавливать особые правила для кого бы то ни было, даже из лучших побуждений. Что будет, если каждый ученик станет учиться по своей собственной программе, потому что он «особенный»? Мало мне хлопот со столовой и всеми этими приставучими индусами, евреями и мусульманами, не желающими есть как все люди.
— Так что вы предлагаете? — спросил дядя Сол.
— Вообще-то, наверно, Гиллелю неплохо было бы побольше работать. Если б вы знали, сколько у меня в школе было детей, которых родители считали гениями, а через несколько лет их встречаешь на автозаправке!
— А в чем проблема, что люди работают на заправке? — спросил дядя Сол.
— Ни в чем! Ни в чем! Черт, как же с вами трудно разговаривать. До чего агрессивное семейство! Я хочу сказать только то, что Гиллелю, наверно, стоит потрудиться, а не думать, что он и так все знает и что мозгов у него больше, чем у всех учителей, вместе взятых.
