Говорят же, что гиподинамия очень опасна. Честно, я себя гораздо лучше чувствую."
"Она и правда чувствовала себя не так плохо, как выглядела. А что голова кружилась – так это от долгого лежания.
– Ну, смотри…
Надежда встала, еще немного переждала головокружение и вышла из палаты. Навстречу шел пожилой мужчина в полосатом махровом халате. Окинув Надежду сочувственным взглядом, он проговорил:
– Это вы с молоковозом столкнулись?
– Ну, не совсем я, – скромно ответила Надежда, – это автобус. Но я в этом автобусе была.
А что, заметно?
Мужчина закашлялся. Надежда прошла мимо, к своей цели.
В туалете было на удивление чисто. Надежда рассмотрела свое отражение в большом зеркале и расстроилась пуще прежнего. Хоть и больница, а невозможно уважающей себя женщине находиться в таком виде. Она подумала, что нужно хоть немного привести себя в порядок, а для этого ей нужна косметичка. Выйдя в коридор, она увидела нянечку с ведром и шваброй.
– Ты что это расхаживаешь? – спросила та строго. – Доктор тебе лежать велел!
– Да я и так все отлежала, захотелось немного подвигаться.
Да и вообще, мне гораздо лучше.
Нянечка недоверчиво и неодобрительно покачала головой. Воспользовавшись удобным случаем, Надежда спросила ее, где хранятся вещи больных.
– А это вон там, на складе! – Нянечка показала в конец коридора. – А что тебе нужно?
– Да мне бы кое-что в своей сумке взять. Косметичку да всякие женские мелочи.
– Ну, значит, и правда на поправку идешь, коли про косметичку вспомнила! Пойдем, я тебе открою!
Нянечка проводила Надежду, отперла дверь склада своим ключом.
Видимо, она в этой больнице совмещала разные обязанности, от уборщицы до кастелянши.
На складе были устроены широкие деревянные стеллажи, на которых лежали сумки, пакеты и тюки с одеждой. Надежда сразу же углядела на нижнем стеллаже свою дорожную сумку, темно-синюю с белым рисунком, и порадовалась, что узнала ее – значит, память у нее не совсем отшибло. Она потянулась за ней, но нянечка за спиной строго проговорила:
– Ты куда, вон же твоя сумка, на верхней полке лежит! – Она показала на другую сумку – бордовую и меньшего размера.
– Да нет, вон моя!
– Ты ничего не путаешь? – усомнилась нянечка. – Вон же написано – седьмой номер, а седьмой номер это Муравьева, ты значит… И в книге у меня отмечено…
– Да нет! Это, наверное, у вас путаница. Уж я свою сумку не спутаю! Я вот эту лямку сама зашивала!
– Ну, не знаю, у меня всегда порядок! – обиделась нянечка, но спорить не стала.
