Полковник Кларус согласился:
– Умение работать без нейросети, но знание технологий более высокого порядка, где можно обойтись лишь ручным методом управления. Упрощенные, но от этого не менее эффективные приемы борьбы, рассчитанные на тех, кто всегда будет заведомо сильнее, быстрее и проворнее тебя. Все сходится. Но так получается, что парня явно готовили к жизни в Содружестве.
Арош кивнул.
– В том, что такой перспективной планетой, как эта, рано или поздно заинтересуются, сомневаться не приходилось. Единственное, что не учел неизвестный наставник парня, так это его особенность, из-за которой установка ему нейросети невозможна.
– Да, – снова согласился с ним полковник, – такого, если парень вполне адекватен и сообразителен, а именно таким он мне и показался, выяснить без специализированного оборудования невозможно.
– Согласен, – кивнул ему Арош, – с учетом того, что и попал он к нам не стандартным путем. А по договору, который мы заключили с их отрядом.
– Простите, – вдруг раздался осторожный голос девушки, – а вы не в курсе, кто придумал и реализовал тот не слишком стандартный способ, который и привел к вам в департамент столько перспективных рекрутов?
Арош с Грегором переглянулись.
– Дим, – вместо них уверенно ответил Круф, помощник адмирала, – я разговаривал с его друзьями. Это именно он сколотил столь своеобразный отряд уже перед самым приемом, когда они все оказались в распределительном центре.
Девушка задумалась, а потом улыбнувшись спросила:
– И вы все еще уверены, что тот, кто его готовил, не знал о столь странной особенности парня?
Все остальные как-то не очень уверенно посмотрели в ее сторону.
– Договор был заключен групповой, но именно от его имени. Как так получилось, я не могу сказать, ведь он слил все полномочия на одного из своих, но главное, запротоколировано наше соглашение именно с ним. Мы не могли не принять его. Дальше стандартная процедура и выявление той самой особенности или его мозговой аномалии, от этого суть не меняется.
Я не очень помню, но, по-моему, он не очень-то и расстроился, когда я сообщил ему об этом. Потом мы нашли для него ту единственную работу, которую он мог выполнять. И тут лишь какой-то опосредованный интерес. Будто он и так все это знал и ничего большего не ожидал. Единственное, что его удивило, это наличие у нас нейросети, которая будет у него работать. Но и это оказалось временно. Через день она просто исчезла. А второй такой, я думаю, уже и не найти.
