Потому что в этот день год назад мы узнали, что… что Соня не просто заболела…
Мне кажется я вот-вот зареву, но мне плевать, как отнесётся к этому мажористый одиннадцатый «Е». Это Сонин день.
Ольга Александровна меня благодарит, начинает расспрашивать, чьи стихи, и тут…
- Хреновые стихи, Щепкина, я бы не стал позорится. – немеет тело, сначала просто немеет, слышу, как сквозь слой ваты смачный ржач одноклассников. - Сама сочинила, признавайся?
- Торопов, что ты себе позволяешь? – учительница, конечно, пытается вмешаться.
А я просто смотрю на него.
Тор. Бог грома.
- Ольга Александровна, я не прав? Это же просто унылая графомания. Такое надо убивать в зародыше. Щепкина, ты слышала есть выражение - если можешь не писать не пиши?
Он ухмыляется. Такой наглый. Такой сытый, ухоженный. Сильный как бык. Красивый. Живёт на полную катушку. Так, словно весь мир для него.
А главное – он здоровый!
Он живёт, а моей Соньки нет! Почему мир так несправедлив? Он живёт, а её нет!
Он красивый, успешный, у него все впереди!
А её нет!
Я отдаю себе отчет в том, что делаю.
Я не в состоянии аффекта. Это состояние я уже пережила, знаю, каково это.
Нет, я в полном порядке.
Подхожу к парте, за которой сидит Тор и просто плюю ему в лицо.
- Мразь.
Оглушающая тишина. Я сама не ожидала, что так будет. Класс затих, так стихает все вокруг перед бурей.
Даже классная молчит.
Торопов сжимает челюсти. Достает из кармана пиджака платок, вытирает лицо, и смотрит на меня. Вижу, что внутри его глаз разгорается ярость. Вспыхивает стремительно.
Но он сдерживается.
- Придётся просить прощения, Калерия…
Меня никто тут не называет этим именем! Просто никто его не знает. Меня представили как Леру, и даже некоторые учителя называют Валерией, не зная, что у меня другое имя. Откуда?
- Мечтай, ублюдок. – шиплю тихо, слышно только ему.
- Лера, Рома, в чем дело? Ребята, так нельзя себя вести, вы на уроке.
Подхожу к парте, спокойно складывая вещи.
- Лера… Щепкина? Что ты делаешь? Я никого не отпускала, я…
Молча закидываю на плечо рюкзак и ухожу.
На следующий день мне впервые страшновато идти в школу. Но я иду.
После уроков меня ждут Коршун и Да Винчи.
- Пошли с нами, Щепка.
- В смысле? Отвалите.
Пытаюсь их оттолкнуть, но меня хватают, сжимая довольно грубо за горло.
- Сказано – идешь с нами, поняла, овца?
Я хочу сказать, что не собираюсь никуда идти, но меня просто берут и тащат. Силой. Тащат куда-то в сторону актового зала, заводят в какую-то каморку, где я ни разу не была.
